И пусть в описании было тоже самое, про новичка и навыки, характеристики этой побрякушки выглядели более, чем любопытно.
Если задуматься, то удача была более чем полезна во время фарма какого-нибудь босса. Да и с простых мобов всегда был шанс получить что-то ценное. Вот только столь низкая прибавка проигрывала даже кольцу, которое силу увеличивало на ту же тройку. Для воина оно не подходит, для мага тем более, ибо затрагивает основную характеристику. Да, возможно я не все знаю об удаче, но если она выведена в статус системной характеристики, не значит ли это, что она куда важнее базовых? Благо, что сам изготовитель уже объявился с небольшим мешком.
— Федь, слушай, могу я взять это кольцо? — спросил я, как только бронник вернулся. Парень вскинул бровь, оглядывая параметры изделья и тут же кривя губы.
— А тебе-то оно на кой? Или интеллект лишний? — бросил он, усаживаясь на место. — Мне-то пофиг, все равно в переплавку бы пустил. Только я чего-то смысла не улавливаю.
— Ну, это же удача! — кроме как интуицией свой внезапный интерес мне было не объяснить. Именно она дернула меня за какие-то душевные струнки, заставляя взять не самое привлекательное на вид изделье. — А как же старый добрый русский авось?
— Авось, значит, — хмыкнул Федор, а после скривился больше и махнул рукой. — Мне оно вообще не нужно, так что забирай. У меня и без того удача на пятнашке, так что никакого толку. Ты лучше оцени, что я принес.
С этими словами он раскрыл передо мной мешок, наполненный брусочками древесины разного размера. Среди них были и ровные заготовки в пару сантиметров толщиной, и небрежные обрубки, оставшиеся от прежних работ. В некоторых угадывались обломки деревянных рукояток и разломившихся дощечек. Иными словами, такой материал нельзя было пустить на что-то полезное, а вот под нож неопытному резчику — самое то. Я, в прочем, не гордый и от дармового ресурса отказываться не собирался. Кольцо упало в сумку, а мешок перекочевал из чужих рук в мои
— Принимай, жрец, — гордо заявил он и тут же протянул мне какие-то инструменты. — Нечего кинжалы тупить.
Как оказалось, я стал обладателем ремесленного набора как раз для необходимого навыка. Сейчас, вспоминая работу с идолом, я не мог с точностью описать процесс, но стойкое ощущение неудобства никуда не девалось. Сейчас же у меня на руках был набор в виде кожаного футляра, в котором были собраны прямые и фигурные резцы разного размера. Судя по состоянию, набор провалялся в мастерской не один год, но стоит отдать должное, подтуповатые инструменты даже не заржавели.
— Нехило, — тут же кивнул я. — Спасибо, конечно, а откуда такая роскошь?
— А, — отмахнулся бронник. — Голову не забивай. Мы когда пришли, тут разные инструменты валялись. Собственно, не мы верстаки собирали, да и инструменты делали. По крайней мере первые наборы. Сейчас-то мастерство позволяет хоть молот, хоть наковальню организовать. А тогда пользовались готовым. Видать, еще при шахтерах этого добра скопилось, вот и дождалось момента. Нам-то это барахло вообще не вперлось, в продажу идет по цене мусора. А так, может польза найдется.
— И все равно спасибо. И за дерево, и за инструменты. Как получится склепать что-нибудь приличное, буду хвастаться, — с готовностью заявил я, убирая футляр к материалам.
— Ага, давай, — уже без особого интереса кивнул Федор, возвращаясь к работе.
— И это, если затянет, свистни. Я могу и получше инструментов наделать. Зря железо тратить не хочу, но коли с толком, то оно и не в падлу, — заверил меня оружейник, даже не оторвавшись от медитативного процесса заточки.
— Ну, если втянусь, ты будешь первым, кто об этом узнает, — заверил я и наконец-то покинул эту духовку. В этому момент все тело было мокрым, как после бани, а все мысли были не о том, как бы заняться прокачкой поскорее, да найти свою специальность. Единственное, чего требовал разум — это поход в душ. Давно уже пора освежиться.
Когда я вышел из душа, у огня оставался один лишь Трофим. По своему обыкновению он неподвижно сидел на бревне, отрешенно вглядываясь в высокое пламя. Мое присутствие он, кажется, и вовсе не заметил, так как даже на миг не оторвал затуманенный взгляд. Мне же лучше, не будет отвлекать болтовней, а значит я смогу сосредоточиться на работе. Оставался лишь один вопрос. С какой стороны подойти к этому делу?
В случае с фигуркой я действовал на автомате, даже не думая о том, как двигать ножом. В каком месте срезать древесину, а в каком лишь обтесать неровности, все происходило механически. Я же был в плену собственного воображения и жуткого наваждения, наполнившего сознание столь живыми образами. Перед глазами вновь возник образ ребенка, все тело которого покрывали кровоточащие язвы, не заживающие от истощения и грязи. Желудок свело от боли, а к горлу подступил ком.
