— Гория ничего о нём не говорил, но очевидно, что замок влияет на окружающее и чего-то ждёт. Сейчас в Ллиерииме вся информация о замке заключается в детских страшилках, сочиняемых экспромтом, про чёрный, чёрный гробик на колёсиках. Замка боялись и боятся. — Лайман внимательно наблюдал за мной, он был от воздушных, и наверное имел способности к магии воздуха, поэтому его столь острое внимание вызывало у меня ощущение обветренной сухой кожи, неприятное, но терпимое. Хотя с виду оборотень был безразличен, а от этого ощущение только сильнее. Зря считают, что есть стихии антагонистичные или союзные, все они чужды друг другу, просто в некоторых случаях не мешают.
— Джанн, где Чу? — Я позвал её уже давно, но её всё нет.
— Не знаю, вчера вечером была тут, из дому выйти не могла. А зачем она тебе?
— Когда мы стартуем?
— Хоть сейчас. Я от нечего делать всё собрала.
— Значит, остались только личные вещи и Чу.
— Вы собираетесь взять её с собой? — Лайман был удивлён, мне это не понравилось, хотя может это просто раздражение на его внимание.
— Конечно, мы притащили её из родного мира, и не оставим на полдороге. — Джанн опередила меня, она была настороженная, значит, я не ошибся.
— Вы знаете, какая это ящерица, она может быть опасна… — Дальше я не слушал.
Я прошёл по ниточке связывающей меня с Чу, чтобы позвать достаточно послать небольшую порцию энергии, но сейчас мне нужно её понимать. Чу была взбудоражена, и не сразу почувствовала моё присутствие. А когда это произошло, рванулась на встречу, что-то её напугало… Возможность остаться одной. Она понимала, что если зову, значит, скоро уходим. Я заставил Чу оглядеться. Холодно и темно, хорошо василискам: в темноте видят. Это было подполье с земляными стенами выход посередине в потолке, в таких хранят овощи и вино. Чу покажи как ты сюда попала, путь. Непривычно видеть всё с точки зрения Чу, но… Это дверь моей комнаты. Оборотень, который проводил нас сюда — я думал он ушёл, Келвару очень хотелось заполучить Чу. Расстроенная потерей контакта со мной, Чу позволила взять себя. Дальше оборотень дошёл до конца коридора и спустился на этаж вниз — подземный этаж — здесь он опустил Чу в подполье. Ладно всё ясно.
В библиотеке оказалось ещё одно действующее лицо, это он уволок Чу. А сейчас спорил с Лайманом. Джанн стояла у меня за спиной, вокруг переливалась фиолетовыми сполохами защита. Я вопросительно посмотрел на Джанн.
— Этот кадр, как оказалось, всё время был в доме по приказу Келвара, то ли охранять нас, то ли Лаймана: Лайман у них что-то вроде консультанта, имеет полный допуск ко всему и единственный маг оборотней, ещё его круто потрепало в последнем походе, так что они его стерегут как зеницу ока. Но, кроме того, через него Келвар передал Лайману уговорить нас продать Чу, Лайман не согласился…
— Почему?
— Гория многое рассказал, поэтому он решил, что это не беспричинно и хотел выяснить. — Я посмотрел на Джанн, пальцы на моих плечах дрогнули: напугал её. — Потом пришёл этот, начал говорить о поведении неразумных тварей, в итоге заявил, что зверя мы не получим, а можем и сами отсюда не выйти, и направился к тебе, я вспомнила про щит.
— Но я не говорил, как он активируется!
— Иначе ты бы не заикнулся об оружии. В общем, они ругаются уже четверть эа. Лайман требует вернуть нахлебницу, а этот ни в какую. Пока речь о свинском поведении…
— Может быть хватит делить моего льера! — Они оба посмотрели на меня, Лайман даже сочувственно.
— Верни животное. — Сказано спокойно и даже устало.
— Ты не понимаешь ценности ручного… — Я метнул копьё хаоса, оборотень пошатнулся и упал, но оказался крепче пьяного человека и не потерял сознания. В меня полетел метательный нож, который рассыпался в пыль от соприкосновения с нитью хаоса (если копьё ударяет, ему дана форма и задача, то нить — это хаос, она просто нарушает структуру, я определяю лишь границы его присутствия), такого поворота никто не ожидал, магии здесь не знают. Дальше следовала немая сцена.
— Думаю, ты догадываешься, что так я могу уничтожить не только нож. Сейчас ты уйдёшь в свою комнату и останешься там, пока мы не уйдём. — Он пошёл к двери.
— Оружие оставишь здесь. — Оборотень оскалился, но сказать Джанн ему не дала. — Есть вопросы?
Лайман отправил Мараю, запереть этого деятеля и повернулся к нам. Я снял щит, и он вздохнул с облегчением. Джанн внимательно посмотрела на меня и села в другое кресло.
— Мне жаль, что так получилось, я должен был предвидеть. — Похоже, действительно жаль. Не понимаю, почему он так к нам относится: не как к чужакам.
— Почему они вцепились в Чу? — Джанн?
— Ручной василиск цены не имеет, они даже не подпускают людей к себе. Как у тебя это получилось?
— Я не человек, Чу не ручная, она — льер. Я схожу за ней. — Пусть Лайман допрашивает Джанн.
Когда я вернулся, в библиотеке был только Лайман, он проводил меня задумчивым взглядом и вновь принялся наблюдать, как бы не заметно.
— Если ты хочешь что-то узнать — спроси.
— А ты станешь отвечать на вопросы? — Хм… - Вот видишь. Моё внимание причиняет тебе неудобство? Как?