— Ладно. Пять лет — огромный срок. Мир изменился. Нашествие Хаоса, о котором ты слышала, набирает силу. Королевство на военном положении. Ксенофобия растёт с каждым днём. Твоё положение… высшая эльфийка с тёмной магией… это опасно. Тебе нужно быть очень осторожной, несмотря на официальный титул.
— Я понимаю.
— Принцесса тёмных эльфов… Мэльзэдириэль из Дома Эбонитового Сердца, — Рейна нахмурилась. — Я слышала об этом Доме. Они были одними из немногих тёмных эльфов, кто не примкнул к культу Азраэля в древности и позже сторонился Дома Пепельной Зари. Да, пять лет назад ходили слухи об их падении… Говорили, что на их скрытую долину напали демоны из разлома, возможно, не без помощи Пепельной Зари. Но точных сведений нет. Церковь пыталась провести расследование, но их шпионы не вернулись.
— Значит, Ди может быть права… — я почувствовала укол сочувствия к принцессе.
— Возможно. Узнать правду будет сложно. Дом Пепельной Зари сейчас набрал силу, пользуясь хаосом Нашествия. Они действуют скрытно, но их влияние чувствуется во многих тёмных делах. Связываться с ними напрямую — самоубийство.
— Что же тогда делать?
— Собирать информацию. Осторожно. В Мордхолле много ушей. Гильдия Воров, информаторы, даже некоторые учёные в академии могут что-то знать. Я помогу тебе с этим. И с твоим обучением. Раз уж ты снова здесь, нужно восстанавливать статус в академии. Или…
Рейна посмотрела на меня с той самой хитрой улыбкой, которую я уже видела.
— Или ты всё же передумала насчёт моего предложения стать фрейлиной? Обучение, безопасность, ресурсы… и моё общество, — она чуть склонила голову, её зелёные глаза лукаво блеснули.
Я вздохнула. Вот опять.
— Рейна, мы это уже обсуждали…
— Я помню, — она легко отмахнулась. — Но тогда ты была студенткой, полной надежд на академическое будущее. Сейчас… сейчас ты авантюрист с уникальным и опасным даром, выжившая там, где другие гибли, и потерявшая пять лет. Академия даст тебе теорию, но она не научит тебя тому, что тебе действительно нужно знать
Она подалась вперёд, её голос стал тише, доверительнее.
— Широ, я предлагаю тебе другое. Не возвращайся в академию. По крайней мере, не сейчас. Стань моей… протеже. Ученицей, если хочешь. Будешь числиться в моём личном отряде. Я сама займусь твоим обучением — и теорией, и практикой. Мы будем вместе ходить в подземелья — те, что подходят твоему уровню, разумеется. Я помогу тебе разобраться с твоим классом, а то, что он изменился, можешь не пытаться скрыть. Достать нужное снаряжение, получить доступ к информации, которая недоступна обычным студентам. Ты будешь под моей защитой и моим присмотром.
Она откинулась в кресле, давая мне время обдумать предложение. Оно было… чертовски заманчивым. Обучение у эрцгерцогини, капитана паладинов, опытного авантюриста. Доступ к ресурсам, защита, практика в реальных условиях… И присмотр за моей силой — это было важно. Возможно, Рейна действительно сможет помочь мне понять и контролировать Вестницу Крови и Коррозию.
— А что взамен? Так, стоп, и как ты узнала об изменение класса? — спросила я прямо. Просто так Рейна ничего делать не будет, а второй вопрос, я даже не сразу осознала, что Рейна напрямую говорит об этом.
— У меня есть свои секреты. А взамен, хм — она улыбнулась. — Твоя лояльность. Помощь в моих… делах, когда понадобится. Ну и, конечно, твоя компания. Я ведь говорила, что ты меня интригуешь, а сейчас мой интерес стал лишь сильнее. И я хочу понять, кто ты на самом деле, Широ Старфолл.
Я смотрела на неё, взвешивая все «за» и «против». Академия — это структурированный, но медленный путь. Путь с Рейной — быстрый, эффективный, полный возможностей, но… и полный зависимости от неё. И её «специфические вкусы», о которых говорила Сесилия, тоже никуда не делись.
«Но выбор невелик,» — подумал
— Хорошо, Рейна, — сказала я, встречаясь с ней взглядом. — Я согласна стать твоей… протеже. Я буду учиться у тебя и помогать тебе, чем смогу. Но, — я сделала небольшую паузу, — давай сразу договоримся. Наши отношения — это отношения наставника и ученицы, командира и подчинённого. Не более того. По крайней мере, пока я сама не решу иначе.
Рейна рассмеялась, её смех был лёгким и искренним.
