Остальное не радовало. Илона нашла работу, но… в прокате видео. Я вообще не представляла, что такие еще существуют. Впрочем, зарплата, кажется, была такой же мистической, как спрос на диски. Но это позволяло Лоне ходить туда в своей бесформенной толстовке и ни с кем не разговаривать. Кто ищет, как говорится, тот всегда найдет.
Зарьяна придиралась к моим статьям так, что временами хотелось ее придушить. Я сидела, тупо смотрела в вылизанный текст и не понимала, что ей не нравится. Рейтинги подтверждали ее слова о том, что журналист из меня так себе, но сколько я ни билась, толку — чуть. Да, социальная проблематика находила в сердцах людей отклик, но подача хромала, и это ужасно расстраивало.
Сергей же… Сергею предложили переезд в Москву. Тогда я еще об этом не знала, но чувствовала, что что-то происходит. Он забрасывал удочку раз за разом, намереваясь зацепить меня и утянуть в нужную сторону. Но я относилась к его попыткам слишком настороженно.
И был еще один важный человек, но его я избегала. Весьма успешно. До того дня, пока не вышла с занятий йогой и не увидела Ваньку на парковке рядом со своей машиной. Он сосредоточенно ковырялся в телефоне, и я было развернулась, чтобы сбежать, пока не заметил, но тут за спиной раздалось:
— Сафронова, это обидно, меду прочим. Я внимательностью зарабатываю себе на хлеб. Считаешь, я настолько плох в своем деле?
— Считаю, что не хочу разговаривать, — буркнула я себе под нос и обернулась.
— А то, что меня так упорно избегают, еще обиднее! — припечатал Ванька.
— Ноя пришел не ругаться, а поделиться идей. Позвони на работу и наври, что пробила колесо.
Я нахмурилась и открыла рот, чтобы спросить, но… не дали.
— Саф, живее-живее! Мне тоже на работу, и я тоже не горю желанием опаздывать.
Я открыла машину, позволяя Ваньке залезть внутрь и набрала номер Зарьяны, предчувствуя…
— Ну, и что ты задумал? — спросила я кисло, выслушав о себе много лестного и забравшись в машину.
— Твоя сестра не выходит из дома и почти не говорит, надо ей помочь. Хитростью, — улыбнулся Ванька, наклонившись ко мне, но мне это не понравилось.
От воспоминаний о том, как я в этой самой машине предложила стать панацеей для своей сестры, до сих пор передергивало. Я бросила на друга мрачный взгляд, но слово Илона было ниточкой, за которую тянуть марионетку Ульяну можно сколько угодно.
— Куда едем? — спросила мрачно.
— Ты рассказывала, что Лона всегда хотела собаку. Мы едем в приют для животных.
У меня это заявление вызвало такую бурю эмоций, что пришлось опустить глаза. План был действительно гениален. И Ванька помнил вскользь брошенную фразу о щенке… Я вообще не понимала, как сестра рядом с таким парнем могла связаться с эгоистичным и ублюдочным Петром. Проницательность Ваньки была моим криптонитом всегда. Почему не для Илоны?
По дороге до питомника Ванька вслух впечатлялся моей манерой вождения, но я лишь пожимала плечами.
— Профессиональный водитель во мне не умер.
— Зато статьи ты пишешь классные. Я все читаю. Думаю, отец все локти искусал, что не нанял тебя специалистом по связям с общественностью.
Я промолчала. Зарьяна бы ему час отвечала на это заявление, причем красочно, с деталями!
— Саф, — потребовал вдруг Ванька. — Посмотри на меня.
— Я веду машину. И веду ее плохо.
— Ну на светофоре посмотри.
Я сразу почувствовала себя глупо, но пришлось так и сделать. Ваня есть Ваня, если что-то придумал — не отстанет.
— Все в порядке, — напомнил он, дождавшись моего взгляда. — Ты ведь знаешь?
— Еще как в порядке. Порядочнее ситуации не придумать, — не сдержалась я.
— У нас с тобой все в порядке. Ты, конечно, сделала мне предложение века, за которое тебе будет неловко до конца своих дней, но я понимаю. И у нас все в порядке. Поэтому не заставляй меня скучать по тебе и придумывать благовидные предлоги для встречи.
Я не стала отвечать на это, просто тронулась на зеленый и, кажется, услышала раздраженный вздох Ваньки.
Питомник располагался далеко, район был мне незнаком, и пришлось поплутать. Я дважды свернула туда, по-девчачьи перепутав право и лево. Гордеев ругался и грозился отобрать у меня руль.
Оказалось, мы искали совершенно неприметное двухэтажное здание, от вида которого у меня сердце защемило. Внутри оказалось не лучше. Ряды клеток с измученным животными произвели на меня удручающее впечатление. Тем более, что почти все были либо злы, либо голодны.
— Здесь нет никого похожего на ту собаку, — с грустью сказала я, оглядевшись.
— Так даже лучше. Если ты найдешь именно такую собаку, манипуляция станет слишком явной.
— Я не уверена, что Лона будет заботиться о другой. В смысле сейчас. Она так зла, — я устало потерла пальцами переносицу.
