— Но тут и Лантарский есть, — удивлённо добавил Кламонтов. — И вот ещё: «…Тубанов вынул из кармана членский билет Всемирной Коммунистической партии, и положил его в щель между двумя дверьми. Левая дверь раздвинулась… — Внимание! Виктор Тубанов не был зарегистрирован при старте! Куда его поместить? — Поместите Тубанова в первой камере второй секции… Перед Тубановым открылась правая дверь. Он вошёл…» Но с членским билетом — я не понимаю, — признался Кламонтов. — А дальше… Да, всё почти точно, как у Захара: видение галактики, потом Луны. Правда, годы не ощущались как секунды. «…Свет включился. Прозрачный шлем поднялся. Брус повернулся. Тубанов вышел в коридор. Билет ВКП, наполовину выдвинутый из углубления, уже ожидал его… Тубанов положил билет в карман и пошёл по коридору. Часы показывали 12. 01… Всеобщее пробуждение было назначено на 12. 00… Тубанов долго ждал остальных… Но, когда на часах было уже 12. 45, а никто не появился, он подошёл к каюте Высожарского и заглянул внутрь. Но там никого не было… И каюты всех остальных членов экипажа тоже были пусты… — Сколько космонавтов есть на корабле? — обратился Тубанов к компьютеру… — Вы единственный космонавт на корабле… — Куда же делись остальные? — сдавленным голосом спросил Тубанов. — Они никуда не исчезали, но их нет нигде… — Когда они наблюдались в последний раз? — Последний раз не зарегистрирован… — тут уже и компьютер начал волноваться…» И вот обрыв: зачёркнуто что-то, не разобрать — и всё! И дальнейший ход мысли неясен, — с досадой закончил Кламонтов.
— Да ты всё подряд не читай. Некогда, — повторил Мерционов.
…А Кламонтов и просматривал текст Кременецкого — останавливаясь на отдельных фразах:
«…Полёт над поверхностью планеты продолжался… Под капсулой проплывали луга, реки и вулканы. Так прошло много времени. Эпсилон Индейца заметно передвинулся по небу…
Когда капсула пролетала над очередным водоёмом, Тубанов сказал:
— Похоже, что других природных сообществ здесь нет… Но вся планета не может быть покрыта лугами…» (В другом варианте — это сказал Высожарский.) «…Спустимся на 10 градусов южнее…
…— Пятьдесят девять градусов южной широты, — сказал Тубанов. Но под капсулой всё так же расстилались луга. — Спустимся ещё дальше к югу…
Вскоре растительность начала становиться голубоватой, водоёмы попадались всё чаще, а вулканов и каменных глыб становилось всё меньше…» (В другом варианте — «совсем исчезли».) «…Капсула стала опускаться. Вскоре она достигла высоты в один метр над поверхностью. Высожарский взглянул в трубу, поднимавшуюся от иллюминатора нижнего обзора.
— Это мхи и подушкообразная растительность, — объявил он.
— Наверно, на этой планете нет разумной жизни, — ответил Ареев. — Кажется, тут нет даже фауны… Но где же тогда…
