Ресторан принадлежал акционерному обществу „Аккорд" (в городе было два таких общества — „Аккорд" и Центральный рабочий кооператив). Переговоры шли долго, но Хазанкин был большим дипломатом, чем-то он хозяев уломал, нам дали время для репетиций и прослушивания. Потом ходили слухи, что как раз в то время ожидали какую-то очень важную делегацию из Москвы. (Самолет АНТ-9 „пилил" тогда до Новосибирска 20 часов!) Вот вроде и хотели закатить банкет для делегации в ресторане „Централь".
Подошло время окончательного решения. Конечно, мы все волновались. Пришли в этот недостроенный ресторан. Гладкий, без эстрады, пол, никаких стульев и пюпитров. Рояля не было, стояло старенькое, разбитое вдрызг пианино, под которое нельзя было даже настроиться. Мы были одеты не богато, но аккуратно — отутюжены и при галстуках. Из
Сибгосоперы пригласили певицу и пианиста. Собралось начальство, всё в вычищенных сапогах, и мы, без дирижера, что само по себе было необычно, начали играть. Собралась вся кухонная челядь, будущие официанты, прислуга. Вдохновленные, мы грянули „Марш-привет" Цфасмана. Даже в этой обстановке музыка звучала для присутствующих необычно, а когда еще певица-исполнила пару номеров, а мы заиграли румбу — восторгу толпы не было предела.
Еще бы!
Они ничего такого в жизни не слыхивали!
Всего мы приготовили для программы десять пьес, все они понравились, и с нами заключили контракт.
Случилось это под Новый — 1932 год!
Будем считать эту дату — датой ОРГАНИЗАЦИИ ПЕРВОГО НОВОСИБИРСКОГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ДЖАЗ-ОРКЕСТРА.
„Так как мы почти все вечерами играли в „Красном факеле", то программа в „Центральном" начиналась в десять вечера и продолжалась до двух часов ночи.
Перед новым годом слух о необыкновенном оркестре пронесся по всему городу и столики были откуплены на два с половиной месяца вперед. В ресторан потянулся уголовный мир и проститутки. Дело доходило до того, что милиция и ОГПУ периодически устраивали в ресторане облавы. Когда ночные бабочки спасались бегством, они, естественно, пользовались черным ходом й бежали в Первомайский сквер. Впрочем, хитрые чекисты разбрасывали там настоящие сети, вот рыбка в них и ловилась.
Первый ресторан!
Первый джаз!
Нам сшили одинаковые костюмы, заказали лакированную обувь, сделали станки для расстановки инструментов и пюпитры. В десять вечера мы по команде выбегали на сцену в малиново-серых костюмах, с белыми астрами в петлицах и исполняли „Приветственный марш". Затем следовал каскад песен и инструментальных пьес.
Слухи о нашем оркестре скоро проникли в близлежащие сибирские города, стали приезжать музыканты, предлагая свои услуги на конкурсной основе.
Вскоре у нас была собрана полная группа саксофонов. А сам руководитель прекрасно играл на кларнете и саксе.
И все равно нам еще не верилось, что мы можем играть джаз. Ведь весь материал был строго расписан по нотам. Ни о какой импровизации еще и речи не шло."
Летом 1934 года афишные тумбы и газеты Новосибирска сообщили, что
С 14 июля в кинотеатре „ПРОЛЕТКИНIО"
впервые демонстрируется
высококачественный ЗВУКОВОЙ и
МУЗЫКАЛЬНЫЙ ОЧЕРК
„МОСКВА“
с включением ряда концертных
выступлений в сопровождении
больших составов
Государственных ДЖАЗ-ОРКЕСТРОВ!
С этого времени кинотеатры города перешли на показ звукового кино, которое властно захватывало всю страну.
Если до этого только в двух кинотеатрах (Пролеткино" и „Госкино") периодически играли небольшие, по типу салонных, струнно-джазовые ансамбли В.И.Желтковского и А.М. Кулика, то к 1934 году ситуация в корне изменилась.
