Трудно сейчас сказать, сколько концертов во время войны дал в Новосибирске джаз-оркестр Л.О.Утесова. Для жителей города, для эвакуированных граждан, для бойцов, находившихся на излечении в многочисленных госпиталях города, джаз-оркестр Утесова всегда был долгожданным и любимым. Вообще интерес к выступлениям джаз-оркестров в военные годы был настолько велик, что практически все рекламы и афиши в газетах заканчивались словами — „Все билеты проданы".
Местные музыканты (из тех, кто выжил) и приезжие работали в клубах, парках, давали концерты в артистических бригадах, выезжали на заводы, в сельскую местность, в госпитали и в тыловые воинские подразделения.
„Я был эвакуирован в Новосибирск в 1942 году из Ленинграда, где в блокаду погибла вся моя семья, — вспоминает один из старейших музыкантов Новосибирска, всю свою жизнь, помимо музыки, посвятивший педагогической деятельности, трубач Павел Матвеевич Хайкара (интервью взято в июле 1995 года). —Мне было тогда восемнадцать лет. Я уже немного играл на трубе. Тогда, как помнится, джаз-оркестр работал только в одном кинотеатре — имени Маяковского — и руководил им Николай Синцев. Там играли: Александр Мамаев (труба), Валентин „Крест" Крестинин (тромбон), саксофонисты — сам Синцев, Эдик Эйсмонтович и Женя Петров, на ударных играл Валентин Федоров, а потом его сменил Элик Матузюк. Потом в оркестр пришли тромбонист Герман Мышкин, трубач Владимир Хаустов и другие известные в городе музыканты. Сколько я помню Хаустова, он всегда, где бы ни играл, носил орден Красной звезды. Потом с фронта пришел раненный саксофонист Леонид Усцилемов.
Я тогда еще не играл в больших оркестрах. Помимо оркестра НКВД, которым руководил Зуров (этот же оркестр в видоизмененном составе играл летом в шапито), в войну очень славился большой концертный духовой оркестр, который организовали в школе контрразведки, именовавшейся горожанами как „школа женихов". Так как вход в подобное секретное заведение закрыт для простых смертных, оркестр почти все лето играл на летней эстраде сада Сталина. А руководил оркестром эвакуированный из Москвы полковник административной службы композитор Агапкин, известный всей стране как автор знаменитого „Прощания славянки"...
Действительно, оркестр Агапкина состоял только из военных профессиональных музыкантов и играл практически любую музыку. Большую часть репертуара составляла специфическая духовая музыка: марши, вальсы, польки, а также произведения классического репертуара для духовых — Листа, Мендельсона, Чайковского. Оркестр играл пьесы Цфасмана, Дунаевского, Варламова, Утесова, а с середины военных лет и американские пьесы, часто использовавшиеся джазменами всех стран. Репертуар оркестра был очень обширен и исполнялся в зависимости от ситуации, требований аудитории и обстоятельств времени.
К середине 1943 года, когда был освобожден Воронеж, общим решением трудящихся сибиряки решили помочь воронежцам восстановить разрушенный город. Хлеб, оборудование для заводов, станки, лечебные материалы для больниц, детских садов, яслей передавались сибиряками делегациям Воронежа. А работники искусств помогали своим коллегам восстанавливать театры. Много средств для этого собрали именно музыканты. Эта традиция сохранилась вплоть до конца войны. Известны многочисленные факты передачи денежных средств в Фонд Обороны. Были среди них и деньги, заработанные джазовыми музыкантами.
Вот текст телеграммы от 14 мая 1944 года. Адресована она Верховному Главнокомандующему:
„Дорогой Иосиф Виссарионович!
Ленинградская и Новосибирская филармонии, следуя Вашим указаниям о том, что забота о детях защитников социалистической Родины является половиной заботы о Красной Армии, внесли в Фонд помощи детям фронтовиков 50 000 рублей, полученных от организации сверхплановых концертов силами своих коллективов. Работа по сбору средств продолжается".
Телеграмму подписали — директор филармонии А.Пономарев и Евгений Мравинский.
„Так как я сам был из Питера, то старался встречаться со многими эвакуированными ленинградцами, — продолжает Павел Матвеевич. — Самой неожиданной для меня была встреча с руководителем ленинградского джаза Киреевым. Он до войны руководил джаз-ансамблем и был арестован. Здесь .в Новосибирске я встретил его во время войны, давая шефский концерт в СибЛАГе, который находился на территории нынешнего вещевого рынка на Волочаевской. Со мной еще был актер, писатель Юрий Магалиф, тоже из Ленинграда. Вместе с Киреевым сидело несколько музыкантов. Только потом им разрешили свободное поселение, и Киреев остался в Мас-лянино, полностью порвав с джазом. Это была судьба многих музыкантов. И тогда в общем-то все иностранное было запрещено, но кое-что проскакивало. Помню, что мы свободно играли мелодии из фильма „Джордж из Динки-Джаза“...“
