А сметана между тем кончалась, кончалась и, наконец, кончилась.
— Все, — сказала продавщица. Очередь вздохнула, поредела и стала брать, что дают.
.....
— Мне сметанки...
— Сметана кончилась, бабушка.
— Ага, — согласилась старушка, ничем не примечательная. — Ну тогда мне немного.
— Нету сметаны, бабуля, — и девушка для наглядности перевернула разливочный кувшин, из которого сиротливо капнула одинокая сметанная капля.
— А чего ж я стояла! — закручинилась старушка. — Да кабы себе, а то Витька на побывку приехал, а в доме ни капли сметаны. Ты поскреби, милая.
— У вас, бабуся, заклинило или как? — поинтересовался небритый мужчина. — До вас когда дойдет, что сметана кончилась?
— Какая-то вы, бабушка, странная. Что он, этот ваш... Витька, одной сметаной жив? — раздраженно сказала дама в брюках и вроде как бы передернула плечами. Но то ли утратила навык, то ли разволновалась, однако одними плечами тут не обошлось.
Народ раздался в стороны.
— Бери кефир, бабка, — посоветовал какой-то парень в „аляске“. — Бери много кефира для своего солдатика — он тебе спасибо скажет.
Очередь засмеялась, однако пожелала двигаться дальше. Старушка еще что-то причитала о своем внучке Витьке, который приехал на побывку аж из-под Владивостока и дома, на родине, остался без сметаны. Люди отоваривались.
Витькина бабушка отошла в сторону и пригорюнилась. Продавщица хмуро покосилась на нее, вздохнула и, оставив напарницу на выдаче, сместилась на безлюдный участок прилавка.
— Бабусь, а, бабусь...
— Чего, милая? — встрепенулась старушка.
— Бабуся, — тихо сказала девушка,.— вы подойдите к служебному входу — я вам сметаны отпущу, раз уж такое дело.
— Чего-чего? — и старушка быстренько подсеменила к прилавку.
— К служебному входу, говорю, подойдите — я вам сметаны отпущу, — терпеливо повторила продавщица.
— Ох, доча, — едва не заплакала старушка. — Говори громче — плохо слышу я.
Девушка тихо застонала.
— К служебному входу иди, старая — я тебе сметаны дам! — сказала она шепотом на весь магазин.
— Ага, поняла, — закивала старушка, — к служебному. А зачем, милая?
Фея молочного магазина плюнула и вернулась к обслуживанию нормальных покупателей.
— Ты, бабка, че, контуженная? — спросил тот самый парень в „аляске“, который советовал ей купить много кефира. — Сказано тебе: двигай к служебному входу — там тебя отоварят сметаной для солдата Витьки.
— А здесь чего ж?
— А здесь сметана уже кончилась, — вкрадчиво сказал парень, и улыбка медленно сползла с его лица.
— А там?
— Да ты что, бабка, только сегодня на свет народилась?!
Но тут парня мягко отстранила дама в брюках.
— Позвольте, я попробую. Видите ли, бабушка, здесь сметана действительно кончилась — да! Но, как известно, в служебных помещениях любого магазина всегда имеется своего рода... э-э...
— Аварийный запас! — вставил небритый мужчина. — На случай голода и вообще!
— Да, вот именно, — благодарно улыбнулась ему дама, — на разные непредвиденные случаи, вроде вашего...
— Ну как, дошло до нее? — крикнули из хвоста очереди.
— Сейчас, кончаем! — отозвался уже немного отдохнувший парень в „аляске“.
— Ох, бабуля, какой же вы тяжелый человек! Ну. идите, идите, пожалуйста, к служебному входу, получайте там свою аварийную сметану!
— Идите, бабушка, идите! — зашумели женщины в очереди. — Ну что вы, как маленькая!
— Спасибо, милые, — прослезилась старушка. — А здесь эту сметану получить нельзя?
Сделалось очень тихо.
— Ой, держите меня, — прошептал парень в „аляске". — Да я щас,..
И тут раздался крик.
— Уберите бабушку! — закричала фея молочного магазина. — Нет у меня сметаны ни с какого входа! Уберите старушку, а то я за себя не ручаюсь!
— А если к служебному входу идти — так я мигом, — сказала старушка.
— Все, тихо! — железным голосом крикнул небритый мужчина в несвежей шляпе. И всем сразу стало ясно, что это — один из тех легендарных людей, которые в критические моменты принимают командование на себя.
— Порядок, дочка! — крикнул он. — Выноси, родная, сметану на служебный вход — я буду запускать бабушку!
— Все, все, девушка! — зашумели женщины. — Все в порядке — можно выносить! Идите, бабушка, идите!
Продавщицу сообща успокоили и она побрела в закрома за сметаной для солдата Витьки. Старушку отправили, ее взялся проводить парень в „аляске". Ручался, что все будет „о’кей“.
Тут подошло время закрытия магазина.
Расходились неохотно.
— Это еще что, — говорил небритый мужчина, удаляясь с дамой в брюках. — Вот со мной в пятьдесят первом в Туруханске случай был... — и голос его растворился в шуме ночного города.
Они уже давно ищут друг друга. В сутолоке миллионного города затерялись два хороших человека и никак не могут встретиться.
Они никогда не были вместе и не расставались. Они просто еще не нашлись. Но верят. Она верит, что где-то мечется и ищет ее он, а он мечется и ищет ее, и верит, что найдет.
