– Так вот… Я абсолютно не хочу, чтобы мы отсюда разошлись еще большими врагами, чем были до этого. Вражда вредит бизнесу. Больших дел на чужих костях не сделаешь… Но я хочу, чтобы вы, уважаемый Борис Моисеевич, возместили мне те убытки, которые я понес по вашей вине.
– По моей? А может, по своей? – не выдержав, клацнул Гарц, и снова был остановлен взглядом московского гостя.
– Именно по вашей вине, Борис Моисеевич! Отдайте мне часть вашей прибыли – и будем считать, что ничего между нами не было. А мои люди… Что ж! Одни – уходят, другие – приходят. А бизнес, он остается… Я все сказал.
– Я не буду долго распространяться о том, как и где я познакомился с… с господином Каратовым, – начал Гарц. – Это отдельная история. Но Каратов мне сразу понравился. Мне даже показалось, что мы можем стать большими друзьями… И мы, кажется, были такими друзьями… до поры до времени. Пока господину Каратову не пришло в голову, что он на Сахалине – единственный и неповторимый… Но это ведь заблуждение, господа!
– Я не "сдавал" твое судно, Борис! – не сдержался Каратов.
-…с моим судном, – как ни в чем ни бывало продолжал Гарц. – Правда, восемнадцать тонн конфискованной креветки стоят не так уж и много – тридцать пять, ну тридцать семь тысяч долларов… хотя это тоже деньги… Но больше всего меня расстраивает другое. Меня расстраивает… нет, поражает! – та легкость, с которой присутствующий здесь господин предприниматель подставил под удар своего же брата-бизнесмена. Что это, если не предательство? Ну а как поступают с предателями – не мне вам объяснять…
– И вот теперь этот человек предлагает мне мир и дружбу. Не бескорыстно, замечу, а за определенную мзду! Он предлагает мне поделиться с ним частью моей же прибыли. Нет, каково?! – Здесь Гарц сделал эффектную паузу. – Что ж, я согласен. Но – при условии: если вы, Игорек, вернете мне те доллары, которые я потерял на креветке. Кстати, по вашей вине.
– Я не "сдавал" ваше судно, Гарц! – повторил Каратов. Но Ржавый сделал знак ему помолчать, и тот послушался.
– Что ж, я вас выслушал. Обоих. Теперь позвольте сказать мне. – Голос у Ржаева был с хрипотцой, с легкой такой ржавинкой, что ли…
– Я понимаю так, – говорил "разводящий". – Один хороший парень, приехав на Сахалин, собственными руками построил свое "дело" и не собирается держать общие завязки с кем бы то ни было. – и повернулся к Каратову. – Это – твоя правда… Другой хороший парень, из местных, желая поддержать приезжего на новом месте, предлагает ему общие интересы… – Это – твоя правда, – он повернулся к Гарцу. – Такие вот две правды… А какой итог? Зуб за зуб зацепился – дурак удавился, умный стукнулся лбом – знать, ему поделом!
