– Мы твои материалы, Женя, регулярно читаем, – говорил Куренцов. – Нормально пишешь! Зло, едко. Особенно про "Сахрыбпром" нам понравилось. Хотя…
– Что – "хотя"? – встрепенулся Шитов. – Ты уж договаривай, если начал.
– Я ведь из Южного еду, был там на семинаре, – начал он неторопливо,старательно подбирая слова. – Сам знаешь, как любят в островной "столице" нашего брата-"районщика" уму-разуму учить… Так вот, на одном из занятий и о твоей статье говорили.
– Кто?
-Да из Союза журналистов эта дама…
– Сиваева, что ли?
– Она самая… Короче, назвала твою статью политически вредной. Да еще намекнула, что, видать, очень уж хорошо автору за нее заплатили, коли он своих же земляков-сахалинцев этакими хапугами на весь остров выставил.
– Что ж ты мне в редакцию-то не позвонил? – вырвалось у Шитова. Глаза у Куренцова, круглые за стеклами очков, делали замредактора районной газеты похожим на ручного филина.
– Я звонил, – пожал плечами филин. – Мне сказали, что ты в командировке.
– Кто сказал?
– Ну этот… Буравчик, из отдела промышленности… Да ты не расстраивайся, Женя, – сказал Куренцов после паузы. – Лично я в эту чепуху ни на грош не верю. Да что я, журналиста Шитова не знаю? Три года с ним работал! Короче, плюнь ты на это дело, Женя, и разотри. Вон, пиво пей. – И тут же подал пример, в один присест опорожнив почти полбутылки.
Худо-бедно, добрались до Ноглик. В Южном было еще довольно тепло, а здесь, на севере, уже лежал снег по колено. Дороги, правда, были расчищены, так что через четверть часа по приезду Шитов уже был в гостинице.
В номер вселили без проблем: накануне Шитов звонил сюда из Южного, просил забронировать номер.
Бросив сумку под стол, Шитов вынул блокнот и подсел к телефону. Ему повезло: нужные люди были все на своих рабочих местах. Удалось договориться насчет завтрашней встречи и в Нижне-Тымском леспромхозе, и в рыбколхозе "Восток", и даже замдиректора НГДУ "Катанглинефтегаз" уговорить на интервью. Но это все назавтра. А вот сегодня что делать?
Да хотя бы по поселку пройтись. Чем не дело? Как-никак, он, Шитов, здесь семь лет прожил… Ужель ни одного знакомого не встретит?
