Жуткие байки полностью

Грейс плотно сжала губы. Выглядела при этом так, словно прилагала все силы, чтобы сдержать слезы. Через некоторое время она ответила: — Просто сцапал меня, — ее голос прозвучал неожиданно резко, — пока я шла к своей машине. — Она шмыгнула носом. — Подошел ко мне сзади и… кольнул меня в спину. Своим ножом. Потом говорит: «Пойдем со мной. Я хочу тебе кое-что показать». И он принудил меня пойти к его фургону. Потом запихнул внутрь. Мы даже не были знакомы. И я никогда не переходила ему дорогу.

У Джима сжалось горло, пока он слушал ее и наблюдал, как она мучается, в попытках объясниться. Он протянул руку и положил ей на плечо. Она шмыгнула и быстро вытерла нос.

— Мне никогда в жизни не было так… жутко. Вы не представляете… — ее дыхание сбилось, — что он со мной вытворял.

По тому, как она посмотрела на Джима, и по наклону ее тела, он догадался, насколько она нуждалась в том, чтобы ее обняли. Он заключил ее в объятия. Блузка на ее спине промокла и стала липкой. Девушка крепко прижималась к нему. Ему захотелось, чтобы ее блузка была распахнута пошире, и ее обнаженная грудь прижималась к его торсу, как в прошлый раз.

Майк, наблюдавший за ними, нахмурился.

— Ну ладно. Надо что-то придумать, что делать с этим парнем.

— Почему бы тебе не отправиться за копами? — сказал ему Джим. — А я останусь с Грейс.

— Спасибо, но нет.

— Вам лучше ехать обоим, — сказала Грейс. — Здесь со мной ничего не случится.

— Не получится оставить тебя с ним одну.

— Еще как получится. — Высвободившись из его объятий, она утерла слезы из глаз. — Идите. Я серьезно.

До него вдруг дошло, почему ей так неймется спровадить их обоих. Словно тяжелая гиря, осела в его желудке.

— Ты задумала с ним что-то сделать.

— Нет, ничего я не задумала. Просто идите. Прошу вас.

— Так ты сможешь убить его, — ему было больно разговаривать с ней в таком тоне. Он хотел обнимать ее, осыпать поцелуями, а не стоять тут и обличать. — Ты убьешь его. А потом ты, скорее всего, заберешь его фургон и исчезнешь.

— Ну и дела, чувак, — сказал Майк. — А ведь ты же прав.

— Вы видели, что он со мной сделал. И то только малую кроху, из всего. — Ее лицо раскраснелось и, было искажено агонией, по щекам текли слезы. — Он должен… Боже мой, неужто вы не согласны, что он заслуживает всего, чего бы ни получил?

— Как бы да, но … нельзя же его вот так просто взять и хладнокровно прикончить.

— Именно так он собирался поступить со мной. Как только ему надоело бы меня мучить. А заодно и насиловать. И уверена, что я была у него далеко не первой. Держу пари, он проделывал подобное с кучей других девчонок.

— Понимаю, но убивать его… — промямлил Майк.

— Вам, ребята, смотреть не обязательно. Просто идите. Я дождусь, когда вас тут не будет.

— Но мы по-любому будем знать, — ответил Джим.

— Как и ты, — обратился к ней Майк. — Прямо сейчас ты хочешь с ним поквитаться за то, что он вытворял. Но что потом? Если убьешь его, тебе ведь до конца дней своих с этим жить.

— Мне и так придется жить с тем, что он со мной сделал, — сказала она, сделав глубокий, судорожный вздох. — Пока он не сдохнет, я буду… постоянно переживать, что он однажды снова до меня доберется.

— У него не получится, — сказал Джим. — Таких парней, как он не выпускают из тюрем.

— Ну да, как же.

— А если они не смогут доказать, причастность к совершенным им убийствам? — уточнил Майк. — Ему могут накинуть… ну не знаю, десятку или двадцатку за то, что он творил с Грейс. А за примерное поведение предоставляется досрочное освобождение.

— Все так, — поддержала Грейс. — Он может оказаться на воле через пять, пускай десять лет, и что же тогда? Даже если он не придет по мою душу, так доберется до кого-то еще.

— Она дело говорит.

— И это будет на нашей совести. — Грейс больше не плакала. Казалось, она полностью сосредоточилась на том, чтобы повлиять на решение Джима. — Если его выпустят, или он сбежит, или еще что-нибудь, и убьет кого-нибудь, то повинны в этом будем мы. У нас есть возможность избавиться от него здесь и сейчас. Никто, кроме нас, знать об этом не будет. И он больше никогда, никогда не сможет никому навредить.

— Это было бы убийством, — промолвил Джим.

— Да мне насрать! — Она вдруг рванулась в сторону, выхватила нож у Майка и бросилась к связанному, обездвиженному мужчине. Его тело содрогнулось, когда она приземлилась ему на задницу и высоко занесла нож.

— Нет!

Как раз в тот момент, когда нож стремительно опускался, Джим повалил ее на землю. Она ворочалась и извивалась под ним.

— Не трожь меня! — задыхалась она. — Отцепись!

Он поймал ее запястья и прижал их к земле.

— Выпусти нож!

— Джим, ты чего, — пробурчал Майк позади него.

— Мы не можем ей позволить!

Она перестала сопротивляться и заглянула Джиму в глаза.

— Позвольте мне сделать то, что мне нужно, — сказала она, — и вы сможете мной овладеть. Можете оба.

— Чего? — ошарашенно выдохнул Джим.

— Вам это нужно. Я же знаю, что нужно.

— О, Боже мой, — вырвалось у Майка.