ЗИМА[ЛЕТО]. Книга 2 полностью

— Слав, как думаешь, следователю перезвонить? — спросила она, целуя мужа, который опять выглядел отстраненным и чужим. — Ау? Ты тут?

Хотелось потормошить его, чтобы перестал таким быть и оттаял.

— Не звони, — ответил он. — Твое участие вообще там не требуется. Когда вызовут повесткой официально, пойдешь с адвокатом компании.

— Как все серьезно.

— А ты думала? — усмехнулся Зимин, удивляясь ее доверчивости. — К тому же телефон мог оставить не следак, а посторонний человек.

— Даже так? — удивилась она. — Журналист? Думаешь?

Такое даже не пришло ей в голову. А ведь правда. Какой-нибудь телефонный пранкер под видом полиции мог развести ее на откровенность.

— Запросто. Сейчас ни с кем не общайся.

— Хорошо.

Она ушла переодеваться в домашнее. Распахнула гардероб, провела рукой по висящим на плечиках туникам и мельком порадовалась, что тянутся, хватит до четвертого, а то и до пятого месяца, после чего придется менять гардероб. Но пока до этого еще ой как далеко.

Оттянула ради интереса на животе, встав боком, и посмотрела на себя в зеркало. Представила. Попыталась посильнее надуть живот — ничего не вышло. Фыркнула от смеха.

— Эй, — тихо сказала она тому-кто-внутри.

И вдруг спиной почувствовала взгляд. Мелькнуло отражение, в проеме возник силуэт. Обернулась — Зимин.

— А, это ты… — облегченно протянула она. — Не пугай меня так.

Не заметила, как он подкрался. Зимин стоял, прислонившись к дверному косяку. В руках пиджак: тоже, наверное, хотел повесить в шкаф. Сколько он уже тут стоит? Смотрит странно. Непонятно, о чем он опять думает.

— Что? — спросила она.

Он подошел, двигаясь плавно и мягко, как хищник.

— Латышев твой — сын мента. Ты знала? — спросил он, взяв ее за подбородок.

Женщина сердито мотнула головой, вырываясь.

— Не знала. Это так важно?

— Для меня да, — просто ответил он. — Слишком много совпадений. Васнецов под меня копает, и тут его сынок очень кстати нарисовался. Бывший твой.

Ольга даже забыла, что их могли слушать прямо сейчас.

— Ты ведь не думаешь, что я… — похолодело у нее все внутри. — Слав, ты же не серьезно, да?

— Не бывает таких совпадений, — ответил он. — Если не ты, он точно причастен.

— Ну, положим, мы в ЗАГСе встретились вообще случайно. Начнем с этого, — усмехнулась она, обвив руками его шею и прижавшись всем телом. — Не глупи, Слав. Макс тоже ни при чем.

«Макс».

Его просто выбесило, как Ольга его назвала просто по имени. С трудом сдержался, чтобы не сказать пару ласковых в его адрес.

— А это ничего, что нас прямо сейчас слушают? — поцеловала она его, ловко уходя от темы. — Про генерала и так далее?

Она провела рукой у него ниже пояса. Ответ последовал незамедлительно. Член напрягся под ее рукой.

— Пусть слушают, — ответил он, прижимая ее к стене. — Мне на ментов ***

Он жадно поцеловал ее. Ольга почувствовала, как его руки проникли под одежду, и поняла, что Зимин настроен вполне серьезно и не успокоится, пока не получит свое. Женщина выгнулась навстречу, проклиная себя за эту слабость. Хочется сохранить остатки гордости, но не получается. Желание было сильнее.

Внутри все сводит от сладкого напряжения. Хочется ощутить его поскорее внутри. Между ног становится влажно.

— Слав, не сейчас… — сделала она последнюю попытку. — Не так…

Зимин сжал ее напрягшийся сосок прямо через одежду. Она застонала.

— Не встречайся с ним больше, — выдохнул он. — Слышишь?

— Ты что… опять ревнуешь? Брось.

Ясно. Никакие генералы тут ни при чем. Зимину просто не нравится мысль, что она видится со своим бывшим. Напряжение, от которого, казалось, наэлектризовался воздух, ощущалось кожей. Они замерли, глядя друг на друга, как враги.

— Что? — с вызовом спросила она, сообразив, что попала в точку. — Будешь теперь ревновать меня к каждому столбу? Не ожидала от тебя, если честно.

Ольга резко оттолкнула его и пошла прочь, оставив распаленного мужчину в гардеробной.

Дойти успела только до гостиной.

Ревность — ужасное чувство. Оно заставляет людей делать больно близким.

Он ловко, со знанием дела прижал ее к стене, задрал тунику, развел коленом ей ноги, подхватил, приподнимая, одной рукой под бедро, сдвинул в сторону тонкие шелковые трусики — даже рвать не стал, зачем? — и легко, непринужденно вошел. Как чувствовал, что она более чем готова. Хотел доказать что-то себе и ей. Ну, вот… Погрузился до предела, снова сделал своей.

Разговоры, ссоры — все забылось.

Вот что она испытывала на самом деле. Тело не лжет. Пошло как по маслу. Ольга давно была возбуждена. Пусть кричит не от гнева, а от страсти. Да, вот так. Пусть стонет под ним, а не под другими. Хочет только его.

Ритмичные движения учащались. Он пронзал ее все глубже и глубже, сильнее и жестче. Но даже в запале страсти Зимин различал, где стоны боли или удовольствия. Ольга вскрикнула, и он замер.

— Извини. Больно?

— Скотина, — давилась она слезами от злости.

Не больно, больше обидно. Ну почему, почему она всегда его хочет? Даже сейчас, когда тянет послать в дальнее пешее путешествие.