ЗИМА[ЛЕТО]. Книга 2 полностью

Всегда будет мало. Ничем не искупить то, что случилось.

— Правильно. Ты понимаешь, — кивнул он. — Поешь, надо быть сильной.

Они сделали заказ. Ольга украдкой расстегнула жакет, который ей стал мал и мешал дышать полной грудью. Она смотрела на текущую воду и постепенно успокаивалась. Все пройдет, и это тоже.

Большаков достал бумаги из конверта и начал их изучать прямо тут, в ресторане, не дожидаясь, пока вернется домой. Ксерокопии свидетельства о рождении и дубликат его удивили. Имени приблудной невестки Летковых он не знал.

— Багратуни? — переспросил он.

Ольга вздрогнула.

— Да, я их внучка.

Это сильно меняло дело. Фирма Большакова имела в прошлом контракт с «Багратионом» на возведение четырех торговых центров и логистического узла для распределения продукции в регионе. Игорь Николаевич лично имел дело с Айвазом Багранутни, племянником владельцев.

Надо было подумать, как это использовать. По слухам, причиной недавней паники на бирже послужил вброс инсайдерской информации о том, что контракта между «Багратионом» и холдингом «Лето» не будет. Сразу напрашивался вопрос, почему.

— Багратуни знают про тебя и Летковых? — спросил он.

— Да.

Вот и ответ. Это все объясняет.

— Ешь семгу, — добавил мужчина, увидев, что она практически не тронула то, что на тарелке. — В другом месте такого не подадут.

Она послушалась, но ее вдруг замутило, да так, что впору выбежать на свежий воздух. Перенервничала, наверное. Для токсикоза рановато.

Не думать. Пока не думать. Завтра утром все решится. Да-да — нет-нет. Почему-то «да» пугало больше. Ольга сама не знала, почему. Может быть, она настолько привыкла к мысли, что не может иметь детей, что не могла представить, как это, и не хотела раньше времени давать себе эфемерную надежду на чудо.

И потом… Зимин. Что он подумает? В день бракосочетания он обсуждал контрацепцию, значит, детей не планировал. Справка еще эта дурацкая! Могут возникнуть вполне закономерные подозрения. Он может подумать, что она намеренно поймала его в ловушку, или, что еще хуже — обманула и носит ребенка от другого мужчины.

Значит, будет еще один тест и проверка на вшивость, раз уж так получилось. Решила так, и сразу стало легко.

Она-то на сто процентов была уверена, что ребенок от мужа. Бывший всегда предохранялся. Да и близости у них не было почти две недели до свадьбы. Столько дел, даже некогда побыть наедине… Может, в этом все дело? Та, другая — разлучница коварная — была рядом. А она нет. Она — нет.

С мужчиной надо говорить, с мужчиной надо жить. С ним надо быть. Заполнить нишу, чтобы для другой женщины не осталось места. С запозданием понимаешь такие прописные истины.

— Что именно они знают? — уточнил Большаков насчет ее родственников.

Ольга очнулась.

— Почти все. В общих чертах, — ответила она. — Багратуни знают про мои разногласия с Летковыми, и что мы не общаемся. Про Олега я им не рассказывала.

— Ясно.

Большаков-старший знал, что при желании докопаться не проблема. Наверняка армяне разузнали все о внучке.

Все к лучшему. Большаков легко мог предугадать следующих ход в этой финансовой игре. Скоро Леткову потребуется много денег, чтобы спасти свой бизнес. Часть собственности записана на Изабеллу, что не стоит сбрасывать со счетов. Но все равно этого мало.

Государственные банки наверняка откажут в такой крупной сумме, особенно с учетом обстоятельств и текущей дележки холдинга. Придется искать помощи у других бизнесменов и банкиров. Заемщик окажется на крючке у тех, кто согласится ссудить его деньгами.

Большакову пришла в голову отличная идея. Айваз Багратуни был крупным игроком, который мог пойти навстречу Леткову, если бы захотел. Например, он мог ради двоюродной сестры «помочь» Борису, заманить в ловушку и потопить его. Надо было встретиться, чтобы это обсудить.

Все-таки хорошо, что Зимин вышел из игры, продав акции, иначе Летков не поверил бы в добрые намерения Айваза. Надо сегодня же связаться с ним и переговорить насчет этого дела. Важно, что потребовать в залог.

— Что лучше? — спросил Большаков. — Галерея или загородный дом?

— Э… простите, вы о чем? — не поняла Ольга, удивившись такой резкой смене темы разговора.

— Залоговая собственность, — пояснил он. — Что бы ты сделала, если бы могла получить его имущество?

Она подумала. Разбила бы вдребезги все окна и дорогой фарфор. Сожгла бы все напалмом, чтобы полыхало до небес. Лично полила бы стены дома, в котором выросла, соляркой и кинула горящую спичку. Выкорчевала бы яблони в саду, срезала все призовые розы и хризантемы, которые обожала Изабелла, и засыпала землю солью, чтобы она стала бесплодной. Пусть не останется ничего, кроме пепелища.

Нет. Так нельзя. Очищения огнем не получится. Воспоминания все равно останутся. Цветы ни в чем не виноваты, дом тоже.

— Не знаю, — ответила она. — Смотря что вы хотите — заработать или потратить.

Мужчина поощрительно улыбнулся и кивнул.