ЗИМА[ЛЕТО]. Книга 2 полностью

В зале уже было зарезервировано. Ольга с интересом огляделась. Интерьер изысканный, но сдержанный, выдержанный в бежевых тонах. Квадратные деревянные столы отполированы до блеска и сдвинуты в ряд, чтобы можно было усадить вместе больше двух гостей. Стулья обиты кожей. Деревянный паркет сияет от полироли. В зале немного народа. Время бизнес-ланча давно прошло, да и заведение явно не для офисного планктона. Здесь плавает рыба покрупнее.

Вид из панорамных окон, заменяющих стены в зале — как в финале «Бойцовского клуба». Небоскребы, небоскребы, а я маленький такой… Кажется, что в этой тишине вот-вот прогремит взрыв, и видневшиеся за стеклом дома начнут рушиться.

Присели. Официант порекомендовал телятину с цукини, и женщину вдруг чуть не вывернуло. Ольга часто-часто задышала, стараясь не вспоминать про паровую телятину, которой ее откармливала Изабелла.

— Не хочешь? — переспросил Зимин и сам сделал заказ, вспомнив, что ей нравится. — Салат с крабами. Кофе, фирменный десерт. Мороженое сразу.

Большаков продолжал наблюдать. Ему показалось, что Ольгу тошнит. Что, если… Беременна? Сердце, измученное двумя инфарктами, кольнула старая боль. Внуков не видать.

— Вас можно поздравить? — спросил он.

— Что? — переспросила Ольга.

Сердце опять часто забилось. Рука невольно легла на живот. Не знает? Он не знает, что у нее больше не может быть детей.

— Мы только поженились, — улыбнулся Мирослав. — Как получится.

— Ясно.

— Так что вы желали обсудить, Игорь Николаевич? — откинулся на спинку стула Зимин.

— Василий Иванович, покажите.

Зам Большакова передал папку их юристу. Тот полистал и сказал что-то на ухо Зимину, ткнув пальцев в нужную строчку.

Зимин взглянул и обомлел. Там был перечень акционеров холдинга «Лето». Отдельные имена были выделены жирным шрифтом. Мужчина с первого взгляда понял, что это такое. Подставные лица и те, у кого в доверительном управлении акции. Все это фактически принадлежит Большакову.

— Ого! Много. Долго скупали?

— Долго, — вздохнул пожилой мужчина. — Вы быстрее сработали. Мне бы так.

— Ясно. Стало быть, продавать не будете, — сделал вывод Зимин. — Хотите купить?

Принесли заказ. Ольга ковырялась ложечкой в мороженом и слушала. Мужчины обсуждали, за сколько бы продали или купили. Хм… Вот и купил муж ей акции. Сказал, что для нее, а сейчас продаст и забудет. Почему-то это было очень важно для нее, гораздо важнее, чем сам факт обладания ими.

Что-то здесь не так. Дважды за одно утро нарушить обещание — это странно. Он ее испытывает? Хочет посмотреть, как она среагирует? Непонятно.

— Вот что, Игорь Николаевич, — вдруг сказал ее муж. — Я бы продал, вам нужнее. Историю знаю, можете не говорить, — махнул он рукой. — Только решать моей жене, а не мне.

Она вздрогнула и чуть не выронила ложечку из рук.

— Слав!

— Что скажешь? — повернулся он к ней. — Будем бодаться до смерти, пока я не куплю столько же? Арифметику в школе учил, вряд ли больше тридцати процентов получится. Проще отдать.

— Отдать?

Она посмотрела на Большакова. Господи, как же они с Олежкой похожи! Словно ему в глаза смотрит. Так бы он, наверное, выглядел лет в шестьдесят.

Отдать, но что потом? Отец Олега раздавит Леткова. Еще вчера она бы пожалела его. Но сегодня нет. Сегодня — нет.

— Что вы сделаете потом, Игорь Николаевич?

— А ты как думаешь? Хочу сместить генерального директора, а фирму продать по частям, — улыбнулся тот. — Ибрагимов недавно купил десять процентов. Он уже предварительно согласен участвовать. Не будет больше «Лета». Больше мне ничего не надо.

— То есть…

— Да.

Летков останется при деньгах, но потеряет руководящий пост. Он больше ничего не сможет решать и будет беспомощно наблюдать, как дело его жизни рушится. Стервятники слетятся. Желающих найдется немало. Дальше — как бог даст.

— Слав, отдай.

— Не отдай, а продай, — хмыкнул тот и взглянул на Большакова. — Мы, можно сказать, сэкономили вам время, так что, надеюсь, вы не поскупитесь. Мои юристы и зам по финансам в понедельник с вами свяжутся, чтобы обсудить стоимость сделки и ее условия.

Формальная часть переговоров закончилась. Большаков и Зимин обсуждали скачки на ипподроме. Юрист изредка поддакивал, если спрашивали, и наслаждался изысканной пищей. Зам Большакова ерзал, словно хотел что-то спросить, но не решался.

Опять прозвучала фамилия Ибрагимова, и Большаков изъявил желание пойти. Кажется, складывалась коалиция против Бориса Леткова.

«Против кого будем дружить?»

Мужчины спокойно, как-то обыденно обсуждали, каким образом пустят чужую компанию ко дну.

Ольга все думала, думала… Сказать или не сказать? Она не хотела ворошить прошлое при посторонних. Это их личное дело — ее и отца Олега.

Но и промолчать не могла. Слишком долго она откладывала этот разговор.

— Игорь Николаевич? — окликнула она его, когда они расплатились и пошли на выход. — Мы можем с вами поговорить? Наедине.

Зимин покосился на нее, но ничего не сказал.

— Да, конечно, — ответил Большаков и нахмурился. — Вот моя визитка.