ЗИМА[ЛЕТО]. Книга 3 полностью

Манящий аромат разливался вокруг. Капнув напоследок настойку ванили на коньяке, она наполнила чашку и поставила перед Латышевым. Сама села напротив, налив себе воды. Друг с таким удовольствием пил, прямо завидно стало.

— Тебя будут спрашивать, где я, — сказала она. — Не боишься?

— Муж твой? — ответил он вопросом на вопрос. — Переживем. Не убьет же он меня.

— Не знаю, — задумалась она на миг.

— Серьезно?

Его брови удивленно взлетели. Макс ей не верил, а зря.

Узнав Зимина получше, Ольга понимала, что ее муж только с виду цивилизованный человек, решающий разногласия путем переговоров. Он выжидает, но если прижмет, все средства хороши. А в выборе средств и методов он не стеснялся.

— Будь осторожен, — тихо сказала она и добавила: — Не строй из себя партизана на допросе. Если поймешь, что все… э… серьезно. В общем, можешь ему сказать. Не хочу, чтобы у тебя из-за меня были проблемы.

— Это мы еще посмотрим, — вдруг залихватски сказал он и широко улыбнулся.

Ольге стало не по себе.

Сборы были недолгими. Ольга складывала в чемодан самое необходимое — белье, спортивный костюм, джинсы, теплые свитера. Одеть решила норвежский удлиненный пуховик и сапожки на меху. Еще не зима, но обещали заморозки. Латышев подсказывал, что не брать — и так есть на даче.

Он, как оказалось, привез все необходимое: еды на неделю в сумке-холодильнике, ключи от дачи и… электрошокер.

— На всякий случай, — сказал он. — Там спокойная местность, но ты будешь одна, так что не повредит. Инструкция в коробке.

— Ну ты даешь!

Им придется разделиться. Сначала уедет Макс. Она на такси доберется до выезда из города. Договорились встретиться на развилке, дорога от которой вела к водохранилищу, на берегу которого стояла дача.

Когда добрались до места, уже почти стемнело.

— Уже? — спросила Ольга, мысленно пересчитывая дома по пути. — Еще не приехали?

— Вон, предпоследний коттедж.

Латышев затормозил у «финского домика». Такие активно строились в девяностые, когда еще не пошла мода на красные кирпичные замки с башенками и прочие архитектурные убожества.

— Счет телефона я пополнил, хватит на полгода, — сказал Максим. — Это редакционная сим-карта, не именная. Сохранил на всякий случай пару лет назад, иногда пользовался, чтобы не отключили. Найти тебя по ней будет практически нереально.

Они подошли к кованым воротам. Латышев нажал на брелок, что-то пиликнуло. Потом открыл солидный ригельный замок и распахнул переел нею дверь:

— Прошу!

Внутри было тихо. Фонари, развешенные по периметру ограды, горели, освещая лишь улицу, но внутри было темно, да еще забор отбрасывал мрачные тени на заросший по осени газон, который хозяева не стали стричь перед отъездом.

— Сейчас покажу. Это ключ от входной, — забренчал связкой ключей Макс. — Это от кладовой. От пристройки. Это — ворота, а вот это — контроль доступа. Настоящей сигнализации нет, только датчики оповещения. СМС придет на номер телефона, если внутрь проникнет посторонний. Я отключил пока, сейчас забью твой номер и снова включу.

— Хорошо, что я собаку не взяла, — ответила Ольга. — Они бы постоянно срабатывали. А ты уже тут был раньше?

Друг очень легко ориентировался тут, словно ему было все давно и хорошо знакомо.

— Да.

И больше ничего не сказал. Она поняла, что где-то тут проходит незримая граница, и больше ничего не стала спрашивать. Просто ходила по дому, трогая и разглядывая вещи, пока Латышев выгружал вещи и продукты из машины и помогал ей разместиться.

Вот семейное фото. Красивая семейная пара. Она — яркая, скорее всего, натуральная блондинка лет тридцати пяти-сорока. Он… О, боже! Тот самый Таранцев?! Не может быть! Невозможно было не узнать это открытое мужественное лицо с тяжелой квадратной челюстью, прямой взгляд и искреннюю улыбку, знакомую всем телезрителям, которые смотрели репортажи из «горячих точек».

Ну и знакомства у Макса. А чего она ожидала? Друг долгое время работал на ТВ и оброс интересными знакомствами.

— Все, я поехал, — объявил он, поставив на пол последнюю сумку. — Звони при крайней необходимости.

— Спасибо. Я… — она осеклась и замерла, зябко кутаясь в плащ.

Ольга не решилась расспросить, иначе Макс останется тут до утра. А это ей совершенно не нужно. Она хотела побыть одна.

— До скорого.

И она пошла закрыть за ним ворота.

Зимин послал бойцов, но сам не смог выехать в Мытищи, потому что его вызвали повесткой в полицию. Он получил точно такую же бумаженцию, которую наверняка послали Ольге.

Думал, быстро закончит. Но дознаватель из каких-то своих хитрых ментовских соображений почти час заставил ждать в коридоре на скамейке, а потом еще час расспрашивал про отношения супруги и ее родителей.

А что можно сказать?

Неприязненные были отношения. Не общались. Про причины не знает, не ведает, и вообще, начальник, что за допрос? Что-то хочешь под запись и протокол — предъявляй и в присутствии адвоката. Дай перечитать, что ты там понаписал, а то мало ли. Ученые.