Было время, когда Вуди хотелось набить ему морду за то, что они сделали с Дейвом Рузроком. Но за эти годы злость притупилась, и, по правде говоря, виноват был Лев Пешков, а не его сын, которому тогда было всего пятнадцать. Но все равно Вуди ответил вежливо, только и всего.
– В Вашингтоне мне очень нравится, – сказал он. Они шли по широкому бульвару. – А тебе?
– Ничего. На работе уже почти привыкли к моему имени… – Заметив вопросительный взгляд Вуди, Грег пояснил: – В Госдепартаменте сплошь одни Смиты, Фаберы, Дженсены и Макалистеры. Ни одного Козинского, или там Коэна, или Пападопулоса.
А ведь действительно, сообразил Вуди. Управление осуществлялось довольно элитарной группой. Почему он этого раньше не замечал? Может быть, потому, что то же самое было и в школе, и в церкви, и в Гарварде.
– Но они люди без предубеждений. Они готовы сделать исключение, если человек бегло говорит по-русски и происходит из богатой семьи.
Грег говорил полушутя, но в его тоне слышалось раздражение, и Вуди понял, что этот парень – человек конфликтный.
– Они считают моего отца гангстером, – сказал Грег. – Но на самом деле никого это не волнует. У большинства богатых людей где-нибудь в роду были гангстеры.
– Ты говоришь так, будто ненавидишь Вашингтон.
– Наоборот! Я бы никуда больше не хотел. Здесь – власть.
Вуди подумал, что у него более высокие устремления.
– Я здесь – потому что здесь возможно сделать то, что я хочу, совершить перемены, к которым я стремлюсь.
Грег усмехнулся.
– Я о том и говорю, разве нет? Власть.
– Ну… – С такой точки зрения Вуди на это не смотрел.
– Как ты думаешь, – спросил Грег, – будет война в Европе?
– Тебе лучше знать, ты же в Госдепартаменте!
– Да, но я в отделе пресс-службы… Я знаю лишь сказки, которыми мы пичкаем репортеров. А о том, как там на самом деле, у меня нет никакого представления.
– Черт, у меня тоже. Я только что был на встрече с президентом – и мне кажется, даже он не знает.
– Моя сестра Дейзи – там.
Это Грег сказал совсем другим тоном. Было очевидно, что его беспокойство искренне, и Вуди почувствовал к нему большее расположение.
– Я знаю, – сказал он.
– Если начнут бомбить, даже женщины и дети будут в опасности. Как ты думаешь, будут немцы бомбить Лондон?
Честный ответ был только один.
– Я думаю, да.
– Как бы я хотел, чтобы она вернулась…
– Может, войны и не будет. Чемберлен – английский премьер-министр – в прошлом году подписал в последнюю минуту с Гитлером соглашение о Чехословакии…
– Продажу Чехословакии.
– Вот именно. И, может быть, так же поступят и с Польшей – хотя время уже истекает.
Грег мрачно кивнул и сменил тему:
– Куда направляешься?
– К Джоан Рузрок. У нее вечеринка.
– Я слышал об этом. Я знаю одну из ее соседок по комнате. Но меня не пригласили, как ты мог догадаться. Дом, где она… О боже! – Грег замер на полуслове.
Вуди тоже остановился. Грег неотрывно смотрел вперед. Проследив за его взглядом, Вуди увидел, что он смотрит на красивую темнокожую женщину, идущую им навстречу по И-стрит. Она была примерно одного с ними возраста, хорошенькая, с большим коричнево-розовым ртом, взгляд на который навел Вуди на мысли о поцелуях. На ней было простое черное платье – возможно, деталь костюма официантки, но она надела к нему маленькую шляпку и модные туфли и выглядела очень стильно.
Она увидела их, встретилась глазами с Грегом – и отвернулась.
– Джеки? – сказал Грег. – Джеки Джейкс?
Девушка, не обращая внимания, продолжала свой путь, но Вуди показалось, что она взволнована.
Грег снова окликнул:
– Джеки, это же я, Грег Пешков!
Джеки – если это была она – не ответила, но вид у нее был такой, словно она сейчас заплачет.
– Джеки – а на самом деле Мейбел, ты же меня знаешь! – Грег стоял на середине улицы, умоляюще протянув к ней руки.
Она намеренно обошла его, не ответив и не взглянув, и пошла дальше.
– Подожди минутку! – оборачиваясь, крикнул Грег ей вслед. – Ты бросила меня четыре года назад, ты должна объясниться!
Как это было непохоже на Грега, подумал Вуди. Он всегда отлично умел обращаться с девчонками – и в школе, и в Гарварде. А сейчас, похоже, он был искренне огорчен – обижен, в смятении, чуть ли не в отчаянии.
Четыре года назад, думал Вуди. Не может ли это быть та самая девчонка, из-за которой разгорелся скандал? Это произошло здесь, в Вашингтоне. А она, несомненно, жила здесь.
Грег бросился ее догонять. На углу остановилось такси. Из него вышел человек в смокинге и остановился на краю тротуара, расплачиваясь. Джеки впрыгнула внутрь и захлопнула дверцу. Грег подбежал и крикнул в окошко:
– Поговори со мной, ну пожалуйста!
– Сдачи не надо, – сказал человек в смокинге и пошел по своим делам.
Такси уехало, а Грег остался, глядя ему вслед.
Он медленно вернулся туда, где стоял заинтригованный Вуди.
– Не понимаю я этого, – сказал Грег.
– Кажется, она испугалась, – сказал Вуди.
– Чего? Я никогда в жизни не сделал ей ничего плохого. Я был от нее без ума.
– Значит, она испугалась чего-то еще.
Грег сделал над собой усилие.
– Извини, – сказал он. – Тебе-то это ни к чему. Прими мои извинения.
– Не за что.
