Тем временем работа Крампе заинтересовала венского профессора Зигмунда фон Бюрст-Гломбарта, основателя экспериментальной физио-психо-химии, который с ошеломляющим успехом использовал снадобье, полученное из железы Бенты-ящера при лечении разного рода психических аномалий. Дальнейшие его опыты привели к выявлению многообразных связей открытия Крампе почти со всеми жизненно важными функциями организма. «Может быть, недалек тот час, — утверждал фон Бюрст-Гломбарт в своих лекциях перед переполненной аудиторией, — когда мы овладеем всем комплексом знаний о взаимосвязанности и взаимообусловленности явлений природы, от пятен на солнце до микроскопических клеток в хвосте Бенты-ящера. И тогда у нас окажется в руках ключ новой унитарной науки, науки всех наук, — Науки о Панфизисе».
Так говорил фон Бюрст-Гломбарт.
К сожалению, рано скончавшийся Левенгруббе не дожил до триумфа своих трудов. Таким образом, на Крампе легли заботы по практическому применению открытия, когда Объединенные предприятия красителей и медикаментов (ОПКМ) распахнули перед ним двери своих лабораторий, предоставив в его распоряжение необходимые средства. Бедняга Левенгруббе! Как озарилось бы его испуганное, прыщавое лицо, обрамленное желтоватым пушком, как увлажнились бы безмолвными слезами его добрые глаза, если б ему суждено было дожить до этого! Не имея опоры, Люсьен вынужденно скооперировался с производителями медикаментов при условии сохранения в своих руках постоянного научного контроля.
— Как же он мог бы оставить дело на полпути? — комментировал Огюстен Бло. — Какая была бы польза от его открытия, если б оно оставалось в голубоватых высях теории, если б оно не приблизилось к обыкновенному маленькому человеку? Какой толк от популяризации науки, если она одновременно не является и ее демократизацией? Зачем научные открытия делать доступными человеческому сознанию, если снадобья, получаемые в результате этих открытий, не окажутся у человека под рукой?
Крампе приступил к делу со своей известной педантичностью, и уже спустя шесть месяцев «обыкновенный маленький человек» мог развернуть дрожащими руками розоватую или зеленоватую коробочку, в которую было упаковано лекарство. Из инструкции, которую он обнаруживал там или в приемной своего врача, «обыкновенный маленький человек» мог узнать примерно следующее:
