– Серый! – сказал потерянно Кунгурцев и опустился на колени рядом с убитым. – Серый…
Они дружили, вспомнила Зита. Такие разные – а дружили. На операции старались ходить вместе, и грубый боксер Кунгурцев с забавной деликатностью берег друга от травм, оправдываясь, что «он же музыкант»…
Вернулся Димитриади, притащил тело. Парень в диверсантской «лохматке» был белым от боли, но – в сознании.
– Как вышли на нас? – прошипел ему в лицо Димитриади. – Как?! Говори! Глаза вырежу!
Диверсант слабо шевельнул рукой. Зита поняла, склонилась над ним и помогла расстегнуть маскировочную накидку. С отворота формы ей неприятно оскалился снежный барс. Понятно, этот не скажет ничего. Спецназ проходил специальную подготовку по противодействию допросам.
– «Барсы Гомбори?» – ощерился Димитриади и достал финку.
– Как твоя фамилия, бичо? – спросила Зита внезапно. – Скажи, я передам родным, как ты погиб.
– Джаиани, – прошептал парень после молчания.
– Джаиани… Нодар Джаиани – твой дед?! – поразилась Зита.
– Двоюродный, – сказал парень и слабо улыбнулся. – Передай своему командиру – мы вас услышали. С дороги услышали. Есть прибор… Помни, гогона, ты обещала! Тбилиси, улица Маяковского…
– О чем вы с ним? – сердито спросил Димитриади.
– Он внук очень известного грузинского композитора, – виновато сказала Зита. – Представляешь? Музыкант – и бегает в спецназе! Джаиани – все музыканты, такая семья… Он сказал – нас услышали с дороги. У спецназа есть специальный прибор звукового контроля, вероятно, аналог нашего «Волхва». Вот.
– Уходим! – сказал штурмовик и вернул финку в ножны. – Если засекли выстрелы – нам тут станет кисло! Им, конечно, тоже – но сначала нам!
Кунгурцев забрал берет друга и поднялся с колен.
– Дай мне огнемет! – сказал он угрюмо. – Дай!
– Будет тебе огнемет! – пообещал Димитриади. – Даже все три! Но сначала – уходим!
Они ушли, как принято у спартаковцев – дерзко, шумно, чтоб не появилось желания гнаться. Вышли к дороге, дали из оставшихся огнеметов по блиндерам со спецназом, расстреляли все, что движется, рывком преодолели дорожное полотно и ушли вертикально вверх, по скалам, заросшим колючим кустарником. Для бойцов в полной выкладке – непосильная задача, но «Спартак» привык ходить налегке, так что получилось. И штурмовые вертолеты, налетевшие вскоре, как саранча, безрезультатно выместили злость на лесном массиве, таком удобном для отхода, но пустом. Командовал Димитриади с молчаливой поддержкой Брюханова. Сама Зита на такой отход не решилась бы. Достаточно одной очереди не замеченного снайперами автоматчика. Снова оставлять за собой тела ребят?! Но парень есть парень, лихость в крови, а остальные спартаковцы его дружно поддержали. Запустили дымовух и прошли без потерь. И когда вертолеты превратили в ад тот лес, которым отходила бы сама Зита, она призналась себе, что в «Спартаке» появился командир, возможно, получше ее.
И ей стало легко на душе. Словно тяжелый груз соскользнул с плеч. Она шла вместе с бойцами по скалам, укрывалась в кустах при близких пролетах боевых машин, а сама любовалась ребятами. У них все получалось лучше, чем у нее.
И место для ночевки обнаружили сказочно удобное. Длинный скальный навес, весь заросший кустарником. Под ним – глубокая каменная щель. В ней свободно поместились все штурмовики, и теперь их невозможно было обнаружить ни визуально, ни приборно. Осталось распугать местных змей и разместиться с удобствами. Разведчики быстро проверили окрестности. Выяснили, что наверху кусочек леса, дальше снова мешанина скал и кустов – можно сказать, рай для диверсантов. И бесценным бонусом оказался крохотный ручеек, падающий со скал вниз. Вода… больное место в рейде. Нужна всегда, но на себе много не унести, боеприпасы важнее. А тут – крохотная, но постоянная струйка! Это – возможность вволю напиться, смыть пот и грязь. Это – счастье и радость для девушек отряда.
И спартаковцы наконец расслабились. Зазвучали осторожные разговоры вполголоса, залетали смешки, вспыхнул шепотом несерьезный спор об очередности доступа к средству гигиены… а Зита поманила Катю Короткевич и выбралась подальше от чужих ушей на карниз, в еловый кусочек горного леса.
– Зита, ты что творишь?! – прошипела подруга, едва они остались без наблюдателей. – Так нельзя! Что за детские истерики? Ты за отряд отвечаешь!
– Сдай службу собственной безопасности, – сказала Зита ровно. – Кто у тебя в сменщиках?
Девушка осеклась и посмотрела остро.
– Это такой ответ на вопросы к себе любимой, да? Начальство у нас теперь неподсудно?
– Сдай службу собственной безопасности.
Катя помолчала, поковыряла веточкой опавшую хвою.
– Почему?
– Недопустимое расширение зоны ответственности, – коротко пояснила Зита. – Полезла в командирские полномочия. Катя, сдавай службу. Остынь немножко.
