И фельдшера, и санитары, и водители. Он, слава богу, не на меня навелся, побрел за кем-то еще, кто ему поаппетитнее показался. Я в реанимацию: «Где санитарка???» – кричу. Та выходит – нормальная вроде. «Что чувствуешь?» – спрашиваю. «Да нормально все. Палец немного болел, а теперь и перестал как будто». – «Не тошнит, не рвет?» – «Да ну нет». На всякий случай изолировали ее. Я в администрацию: «Так, мол, и так, эпидемия. Чего? А хрен знает… Сумасшествия… панику не поднимать… быть готовым к поступлению – ясно, пошел готовиться. Прихожу – первым делом: как санитарка? Нормально! Может, думаю, я пургу зря поднял? Хрен вам: тут и повалило – пошли поступать первые укушенные. Я-то спустился попробовал командовать, типа, этих немедленно изолировать, так сопровождающие же орут: «Ты что, коновал, охренел совсем, ему же хреново совсем, он же сейчас умрет совсем!!!» Вот как про «умрет» сказали, у меня в мозгах и щелкнуло, а тут и первые оборачиваться стали.
В момент двух-трех сцапали, горло им перекусили. Кровища – ты же знаешь, как из сонной артерии в потолок струя хлещет. – Помнишь того типа, которому топором шею перерубили? Ну короче, полный абзац. В обморок некоторые попадали – ясно, первыми и сожраны были. Главное, машины подъезжают и подъезжают, все выбегают – и в холл, к веселью присоединяются. Паника, а новоприбывшие думают, что так и надо. Ну теракт, типа, произошел, вот и суматоха, пока разберутся – их уже и сгрызли. Моментально в холле от мертвяков не протолкнуться стало. Я, честно скажу, не геройствовал ни разу, сразу, как первые оживать начали, и рванул подальше. Попробовал, правда, организовать эвакуацию ходячих больных через запасные пути, так народ же больной, и на голову – в первую очередь: «А куда вы нас, а мне вещи из гардероба забрать надо, а что там за шум… Зина, сходи глянь…» Мертвяки к тому времени пошли подниматься по лестницам… Короче, через полчаса больницы не стало…
– Надо было двери запирать, баррикадироваться, – задумчиво сказал Крысолов, вертя в руках пустую рюмку.
– Задним умом все крепки, – отмахнулся Старый. – Я таких историй уж сколько слышал – и как под копирку… А и не было у нас в больнице дверей с ключами: не подводная лодка с герметичными отсеками. А главное – не готовы мы были к такому. Я именно о врачах говорю, больничных причем.
– Во-во, – кивнул Дмитрий. От выпитого коньяка шрамы на его лице налились багровым огнем. – Все же думаешь – а чем помочь можно, а кого спасти. Причем работаешь по законам мирного времени: спасать наиболее тяжелых. Вот как, в одну минуту, все
Ладно, я к своим девчатам, рассказываю, что Хрень какая-то приключилась. Людей кусают, потом они умирают, потом оживают – и тоже всех кусают. Типа бешенства в тяжелой форме. А девки мои сразу поверили, что так может быть. Ну кто в реанимации работал, тот знает, что, даже если этого не может быть, в медицине это бывает. Тем более что у нас мертвые и в самом деле оживали, еще и раньше. Ну отделение наше ты же помнишь: оно в крыле на отшибе было, из коридора выходишь – и лестница рядом, пожарного выхода, алкаши там любили водку пить, режим нарушать. Пока упыри хирургию жрали, у нас минут двадцать было, тут и кардиологический подбежал, глаза сумасшедшие, рассказал, как у них там получилось. Спрашиваю: «А этого, кто обратился, тоже укусили?» Нет, точно нет, он последние три дня у него перед глазами все время был, потому как на соседней койке лежал. Значит, все умершие оживают? Кино? Фантастика? Уэллс тоже атомную бомбу в фантастическом романе описал, за много лет до Хиросимы.
