Злая Игра полностью

— Выставим тройные дозоры, — сказал Свей. — И, кстати, ты не знаешь, сигнализацию кто-то придёт ставить? Время-то уже прилично, скоро закат.

Я снова картинно пожал плечами, а потом ухмыльнулся:

— Как-то не по себе становится, когда начинаешь понимать, что тебя готовят в качестве жертвенного агнца.

— Или козла отпущения. Ладно, план действий согласован. Рита, иди, мне нужно поговорить с ним наедине.

— Иду-иду.

— Постой, — резко сказал я. — А мой яд?

— А где доказательства того, что ты проник в город? Останемся при своих, парниша.

Я вытащил из кармана три знака Судьи, которые своровал у Инчи — именно она их делала. За то, что они находились у меня, мне грозила быстрая и мучительная смерть — выдавать их могла только Судья и только тому, кого она судила, и, конечно же, не более одной штуки на руки. После гибели обладателя знака, он возвращался Судье.

— Этого достаточно?

— Где ты их взял? — выдохнул Свей.

— Украл у мастера, который сейчас находится в городе. Помнишь, они вошли самыми первыми — Судья и её приближённые?

— Откуда мне знать, что ты не взял их раньше?

— Оттуда, что взял бы я их раньше, пропажу бы давно обнаружили и меня бы уже за них казнили. Сейчас же, когда они готовятся к бою, у нас есть время, чтобы их использовать.

— Как ты хочешь их использовать? — спросила меня повелительница ядов.

— Сначала гони яд. И я сам выберу, какой захочу.

Шапокляк вывалила на шкуру несколько склянок. Я простёр над ними левую ладонь.

«Комок».

«Нюхаю уже, нюхаю… Хм… мм… ага… да… нет… нет… Положи ладонь ей на лицо, я сам всё сделаю».

«Зачем?»

«Клыки, самый сильный яд у неё в клыках. Вы же спорили на самый сильный яд?»

«Думаешь, она согласится?»

«Ну, убеди её. Мне нужен этот яд, он в разы сильнее нашего».

— Рита.

— Что?

— Открой рот, закрой глаза.

— Ты идиот?

Я ушёл в Тень и припечатал левую ладонь ко рту Шапокляк. Комок управился за секунду, но вряд ли это понравилось повелительнице ядов.

— Ты охренел? — прорычала она. — Что, мать твою, это было? — Шапокляк сплюнула кровью. — Ты, мать твою…

— Мы спорили на самый сильный яд. И я взял его сам, так как два раза ты уже попыталась меня надурить. А теперь на счёт знаков Судьи…

Мы вышли из палатки через четверть часа. Шапокляк злая и недовольная, Свей сосредоточенный, а я преисполненный злой радостью. Повелительница ядов нас покинула, а мы с берсеркером направились к земляному валу.

— Пахнет кровью, — сказал я, ухмыляясь. — Кровью и смертью. Чувствуешь?

— Чувствую. Но не понимаю, чего тут весёлого.

— А я не весёлый, я злой. Очень-очень злой.

— Думаешь, сработает?

— Конечно. — Я протянул Свею кусок пергамента, который дала мне тогда Трея, и босс впился в него глазами. — Конечно, сработает. Давай обратно. Я пока пошёл в разведку.

Я оставил ошарашенного Свея и через несколько секунд уже бежал к опушке Белой Рощи. Смрад гниения, грязи и желчи, вонь смерти и крови, запах Скверны медленно надвигался на меня. Я полу-инстинктивно нашёл укромное место и затаился там в ожидании.

Вот так, я ожидал долгой и кровавой войны, тяжёлых походов сквозь неблагоприятную наполненную врагами местность, а противник решил атаковать самостоятельно.

И я знал почему. Потому что он боится. Меня. Судью. Героев. Игроков. Нас.

Людей.

Нелюди бредут сюда, я чувствую, как дрожит под их ногами и лапами земля. Я слышу крики, вопли, стоны, вой. Чувствую, как на меня надвигается жуткая аура безумия и боли. Но я здесь потому, что не боюсь их. Я пришёл сюда, чтобы убивать их и, если понадобится, быть убитым. А они — для того, чтобы попробовать спасти свои жалкие недожизни, продлить свою агонию. Когда Гасп остался в Белой Рощи прикрывать отступление Культа, он лишь оттягивал неизбежный конец Гниющего и всех его прихвостней.

Мы пришли, чтобы завершить дело, которое не смог завершить Корд. Так, скажите, зачем нам боги, если мы, люди справимся гораздо лучше?

«Как ты?» — спросил Комок спустя какое-то время. Вокруг царила непроглядная темень. Кажется, я даже задремал.

«Устал, — честно признался я. — Чертовски устал. А ещё мне больно».

«Отдых ещё не скоро, а вот боль я сниму как только переварю яд».

Я сидел на ветвях огромного многовекового дуба. Опушка Белой Рощи медленно приходила в движение. Химеры, одержимые, оккультисты и даже несколько ведьм. Тысячи существ, которые когда-то были людьми, сейчас собрались здесь. И против них жалкие восемнадцать сотен людей.

Как я и думал, Гниющий решил нанести превентивный удар. Пока город в плачевном состоянии, пока лагерь не готов, пока войско не отдохнуло с марша. Моё появление тоже сыграло свою роль — я чувствовал, как его злобная воля ищет меня, но я научился прятаться очень хорошо.

Куча одержимых, сотен пять, не меньше, в сопровождении полудюжины оккультистов высыпалась на большое выжженное поле, где ещё год назад росла пшеница.

«Вот он — мой отдых, планирование и интриги — не мой конёк, но, кажется, скоро придётся брать на вооружение и их».

«И, тем не менее, у тебя получилось?»

«Узнаю в скором времени».