Злая Игра полностью

— Да. То, что мы видели, это зародыш нового мира. Запасной вариант, так сказать. Лучше, чем гибель, но хуже, чем спасение, как я могу рассудить. Мы не должны этого допустить. Потому что обычным людям в этом мире места не будет. Ни им, ни нам — героям и игрокам. А Алексей… станет новым богом. В этот раз призванием Судьи и Палача не ограничились, видать, дело совсем труба.

Судья шла какое-то время молчала, раздумывая.

— Знаешь, — сказала она после паузы, — иногда мне кажется, что мы все этого заслужили.

— Мне тоже. Но давай будем судить каждого за свои злодеяния, а не грести всех под одну гребёнку.

— Когда я буду Судить этот мир, все пойдут под одну гребёнку.

— Если мне придётся его уничтожить. Если же Сердце не погибнет, у нас будет возможность и время, чтобы отделить зёрна от плевел.

Ораю промолчала, но я чувствовал, что она со мной согласна.

Мы забрались в развалины храма, где нашли два сухих закутка. Я забился в свой угол и закрыл глаза, стараясь уснуть побыстрее.

У меня не осталось ответа лишь на один вопрос: что же я сделал с Комком? А сам он не отвечал, забившись куда-то в самый угол моего подсознания.

— Я ненавижу лето, — сказала Судья спустя пару минут сонным голосом. Я в ответ издал грустный смешок.

Уснув, я слышал детский плач. Ребёнок звал маму.

Но мама не отвечала.

Наше вторжение в Замок Костей не прошло незамеченным. Тем более не остались без внимания лужи крови, которые я оставил на каменном полу, благодаря им-то Некромант и смог до меня достучаться под утро. Я полдня провалялся в своём закутке, не подпуская к себе Судью — от чудовищных судорог и разъедающей кишки боли в моём разуме помутнело, но я твёрдо вознамерился не пускать в храм и капли Тьмы, что проникали сквозь открывшийся канал из Замка Костей в моё тело.

Куда-то запропастился Комок. Возможно, тоже боролся с воздействием Тьмы — я чувствовал, как воля Некроманта пытается подчинить себе мой рассудок, а после убить, чтобы поднять для себя верного слугу. Ораю пыталась помочь мне, но она не могла даже пробраться в закуток, который я занимал — я запечатал проход Тенью так плотно, как мог.

Я выл, грыз камень и стёсывал пальцы о неровные стены храма, но принимал в себя Тьму. А потом, поняв, что больше не выдержу, смешал Тьму с Тенью и вышвырнул часть обратно, стараясь зацепить Некроманта, а вторую потратил на то, чтобы порвать открытый Некромантом канал. Не думаю, что нанёс противнику хоть какой-то существенный урон, но мне удалось запечатать канал, и даже немного подпитаться энергией, пусть и слишком «тёмной» для меня.

Комок не объявился даже когда я встал на ноги. Я чувствовал себя совершенно обессиленным, несмотря на энергетическую подпитку. Вчерашний дождь превратился в настоящий ливень, под ногами едва слышно чавкала мёртвая грязь. К счастью, Некромант не собирался высылать за нами погоню, я понял это ещё в тот момент, когда его разум коснулся моего — у моего бывшего друга была куча дел, и он торопился не меньше нас. Да и не занимали его наши дела — он копил силы, уверенный в том, что в нужный момент просто раздавит одним ударом, да ещё и прихватит с нами всех игроков и героев, которых мы приведём к Сердцу.

Зато ему удалось натравить на нас жрецов. Впрочем, без какого-либо толку. Они нагнали нас ночью, когда мы остановились на короткий привал, но не смогли даже напасть — мёртвые земли выпили из них всю Скверну, дававшую им подобие жизни, и до нас дошли лишь полдюжины в буквальном смысле разваливающихся на ходу тел, чья плоть едва скрывала кости. Догнав нас, они с чувством выполненного долга повалились в грязь под ногами и на наших глазах истлели до костей, после чего погрузились под раскисшую землю, чтобы стать материалом для Замка Костей.

— Эта Тьма жрёт даже Скверну, — сказала Судья, невозмутимо жуя размокший сухарь, половину которого покрывала плесень. — Что станет, когда её коснётся Свет, я не представляю.

— Ты можешь узнать, — подал я голос.

— Могу, но не буду. Этот поход слишком вымотал меня. Если я лишусь последних сил… — Она не договорила и швырнула в грязь особенно проплесневевший кусок сухаря. Хотя, и так ясно, что будет, если мы останемся здесь совсем без энергии. Будет ли у Алой время, чтобы найти новых Судью и Палача?

Ответить мне было нечего.

— Нужно спешить, — сказала Ораю спустя пару минут. — Мы и так потеряли почти сутки.

Я стиснул в руке кусок солонины, который так ни разу и не укусил (у меня был отменный завтрак из Тьмы), и поднял из грязи свой рюкзак.

— Знаешь, — медленно произнёс я, ощупывая ноющий живот, — у меня не осталось сил на обратную дорогу.

— У нас и времени на неё не осталось, что же теперь? Сам предлагал сначала сделать одно дело, а потом уже думать о втором.

Дождь кончился утром, резко, будто кто-то его выключил. На миг сквозь чёрные тучи прорезался багровый солнечный луч, но тут же пропал, оставив это царство Тьмы как без Света, так и без Тени.