Злая Игра полностью

Мы легли на кровать — благо места хватало — обнялись и забылись крепким сном.

Как я и думал, Свей не торопился вести войска к Каменному Мешку — ему было не до того.

В самый неподходящий момент пропал молот Корда, и об этом узнали все. Через пару часов прошла информация о том, что исчез я (возможно, с молотом), причём, никто из тех, что реально знали, куда я иду, не мог точно сказать, зачем я ушёл, и когда вообще объявлюсь. Шапокляк заявила, что я вообще смотал удочки и ушёл к Судье. Репей вступил в ней чуть ли не в прямую конфронтацию, утверждая, что игроков я никогда не предам, и цель моего похода — уничтожение Судьи. Бес высказал предположение, что я сошёл с ума и собираюсь убить Некроманта. Ещё через час выяснилось, что вслед за мной исчез и Свей. Причём, куда пропал он, вообще никто не мог сказать. Бес с Шапокляк объединились, утверждая, что Свея убил я. Репей как мог меня защищал, но ему особо не верили — многие припомнили наш со Свеем конфликт во время похода на Белую Рощу, что я был другом Некроманта, и вообще якшался с Гаей и Инчой.

Назревал серьёзный конфликт, при этом, уже к вечеру стала ясна его настоящая подоплёка — Репей, Шапокляк и Бес собирались делить власть. А кто делит власть без войск? Клан Беса бросил северные рубежи и пошёл к городу, клан Шапокляк оставил южную границу, Репей сосредоточил верные ему войска у города, а ребята, что засели в Волчьем Логове, вообще прикинулись, что им всё побоку, и заняли выжидательную позицию.

Город кипел два дня, дело уже шло к прямому конфликту. Ни меня, ни Свея, ни молот никто не мог найти. И тут прошла весть, что Судья тоже пропала. Репей решил сделать первый шаг — выступил с зажигательной речью о том, что вот сейчас, в эти часы, решается судьба всех игроков, что нужно объединиться, чтобы сбросить ярмо, которое Судья наложила на нас… В общем, пошли забирать те города, что герои забрали у нас, видимо, другой причины для объединения игроков уже просто не нашлось. Бес выслушал его, похлопал в ладоши и сказал, что для этого теперь не нужны никакие Репьи, и он со своим кланом справится самостоятельно. Шапокляк в ладоши хлопать не стала, но тоже намекнула, будто и ей нужно побольше свободы, и вообще не помешает свой город, а там уже будет решать, кто будет новым королём игроков. Или королевой, чем чёрт не шутит. Репей орал и бесновался, утверждая, что Теневая Рать и люди Свея поддержали его, потому ему и быть исполняющим обязанности короля до тех пор, пока не станет известна судьба Свея. В итоге к вечеру город кипел, как муравейник, оставшиеся герои начинали сматывать удочки, да и кто-то из горожан об этом задумался…

И тут ночью пришла новость с юга — на Зелёный Исток идёт войско в пять тысяч проклятых, а с ними не меньше сотни жрецов. Репей принялся бить тревогу, повторять про единый фронт… Его никто не слышал. Клан Шапокляк уже уходил на северо-восток, а Бес пожал плечами и сказал, что у него тоже куча дел. Да и неужели Репей не справится с жалкой горсткой проклятых сам?

Через день количество проклятых, пересёкших границу, стало вдвое больше. А ещё через два их было около тридцати тысяч, да сотен шесть жрецов в придачу. На северной границе практически никого не осталось, и вообще ряды жрецов порядочно поредели километров на пятьдесят вглубь их территории. Собравшись воедино, эта армада атаковала Зелёный Исток, намереваясь захватить сначала его, а потом, обратив жителей в источник энергии, двигаться дальше на север, туда, где сейчас игроки резались с героями, возвращая себе города. Кроме численного превосходства у жрецов был ещё один козырь — около десятка героев из тех, что остались с игроками, поразила Скверна, они-то и давали информацию обо всём происходящем. Они же открыли ворота города, толпы проклятых бросились по улицам Зелёного Истока…

Не знаю, быстро ли они поняли, что улицы пусты. Думаю, быстро. Как раз в тот момент, когда на них обрушились огненные бомбы и не меньше пяти сотен игроков. Ворота как-то сразу закрылись, отрезая процентов десять проклятых, что успели за них проникнуть. Фактически, в городе образовался мешок — основную массу проклятых уничтожили сразу, а потом принялись добивать разбежавшиеся остатки. Но это были только десять процентов войска — небольшая победа…