Злая Игра полностью

— То же, что и в Белой Роще — открыть проход для армии. Ты же был в Сердце Мира, как думаешь, пройдёт там армия или нет? Значит, нужно перебросить её туда как можно скорее. Ладно… — Алая поднялась с постамента, сплёвывая под ноги коричневую слюну. — Сначала тебе нужно будет выжить. И тебе тоже, — она грубовато толкнула Судью в плечо.

— Сколько у нас времени на сбор первого отряда? — спросила Ораю.

— Нисколько, они уже идут сюда — я нашла имена в твоей голове и вызвала их обладателей сюда. Минут через пять выдвигаемся. У меня как раз будет время как следует всё подготовить. Вы же не хотите, чтобы из портала повалила орда осквернённых, ха-ха?

— От тебя можно ожидать чего угодно, — холодно произнесла Гая, глядя куда-то в сторону.

— Девочка обиделась, когда её мальчика запихнули в тюрьму, чтобы он охранял останки Корда? Девочка обиделась, когда ей не отдали Руку Бога? Тебе сто тридцать, неужели до сих пор не поняла, что у тебя кишка тонка богом стать?

Старуха что-то невнятно прошипела. В этот момент я впервые увидел Алую взбешённой. И зрелище это было неприятное — её лицо заострилось, по нему пошли гневные морщины, превратившие прекрасную девушку в старую мегеру.

— Иди набирать отряд для обороны капища, соплячка! Я не вырвала тебе язык в прошлый раз только потому, что ты была Судьёй, а сейчас ты не так важна.

Гая… убежала. Действительно убежала выполнять приказ. Инча пятилась к двери, видимо, тоже собираясь смотать удочки, но Алая буквально пригвоздила её одним взглядом.

— Я, кажется, сказала, что для охраны канала мне нужны люди.

Падчерица Корда перевела взгляд на меня и улыбнулась. Только сейчас я заметил, что она делает какие-то пассы руками над амулетом. Миниатюра постамента окрасилась в цвет подсохшей крови и начала расти.

— Да, это мы воровали осквернённые капища, — сказала Алая, всё ещё улыбаясь, но теперь я видел в её улыбке лишь гримасу, за которой не было никаких чувств. — Без них сеть не восстановить. Хотя, старой её уже не сделаешь.

Во внутренний двор вошли трое — Эшк (он всё-таки был шпионом Судьи и смотался в Каменный Мешок после нашего со Свеем исчезновения), Жнец и Сотера. За ними пришли Одноглазый, Кремень и Шервил. Оставшиеся четверо — Храп, Мёртвый, Арстия и Конес — заявились поодиночке. Я знал их всех, и видел не в первый раз — это была старая гвардия Судьи. В частности, именно Эшк с Одноглазым гнали меня тогда зимой по лесу. За Конесом начали появляться другие — те, кого сюда согнала Гая: стражники, сонные герои, несколько игроков, всего до двадцати человек, но протолкнуться у постамента уже было практически невозможно.

Судья быстро объяснила происходящее — Алой было некогда, а меня бы никто особо не стал слушать. Инча в это время пыталась как можно более эффективно расставить людей — солдаты взяли постамент в кольцо, герои перекрыли вход, маги сместились к стенам храма.

Выслушав Ораю, Мёртвый потёр левой культей остатки своего носа под тряпкой, закрывающей лицо, и невнятно что-то промычал — у него почти не осталось ни губ, ни зубов. Да и пальцев на правой руке было всего три, что не мешало ему быть одним из сильнейших магов этого мира.

— Да, наконец-то зададим сукам жару, — отозвался Жнец — здоровенный лысый детина с косой и цепом.

Кремень промолчал — у него не было языка. Убийцам он ни к чему. Ни один из десяти не походил на другого. Охотник Эшк, рыцарь в сияющих доспехах Конес, выглядящая как ведьма Сотера, необъятный маг Храп, похожий на разбойника Кремень, копейщик Шервил, будто выточенная из серого камня убийца Арстия, вооружённый двуручником громила Конес. И мы с Судьёй. Шоу уродцев. Или какие-то боссы из стартовых локаций. Нам в команду действительно не хватало какого-нибудь сумасшедшего кузнеца Гризли или наги-людоедки, и тогда можно будет собирать игроков низких уровней в группы и, рассказав какие мы плохие и как угрожаем ближайшей деревне, отправлять в наше логово.

Чёрт, неужели действительно конец близко? К чему эта ностальгия по временам, когда всё было не так плохо? Когда была жива куча народу. Когда местные ходили болванчиками и выдавали зазубренные фразы, а действительность ещё представлялась как приключение из игры или книги, пусть мрачное, но всё ещё приключение.

— Вперёд, — коротко и напряжённо сказала Алая, отвлекая меня от размышлений.

Моя маска улыбнулась всем присутствующим — народу набилось уже человек тридцать если не считать ударный отряд — и я шагнул в зияющую рану портала.

Мои глаза наполнились кровью, по коже заскребло мелкой тёркой, а воздух в моих лёгких обратился в камень. Проход по каналу — неприятная вещь, как я это не заметил в прошлый раз? Вероятно, из-за саднящей боли в груди и костях.

Выход из канала был таким же резким, как и в прошлый раз, вот только очутился я не в комнате Судьи, а посреди внутреннего двора очередного храма Корда. Тускло светящееся багрово-красным капище окружили любопытствующие проклятые, среди первого ряда которых стояла пара разлагающихся жрецов.