— Такая никчемная история с этими ногами, — сказал он Смитбеку. — Не знаю, глуп ты или умен. Поспрашиваю. Посмотрю, может, ты не всю правду говоришь, может, тут есть связь. И тогда я вернусь и сломаю тебя. Вот тогда я узнаю, врешь ли ты. А если ты говоришь правду, то расскажешь что-нибудь еще.
— Я сказал вам все… — начал было Смитбек, но Бахвал уже пошел к двери, доставая телефон из кармана.
У двери он остановился и дал двум бойцам очередную инструкцию:
— Поработайте с ним еще немного, а потом снова заприте.
С этими словами он вышел в узкий коридор и исчез из виду.
Исследовательское судно «Левкотея» прошло под мостом, когда серый рассвет заползал на штормовое небо, проливая стальное сияние на бурное море. Они миновали маяк на Санибеле и вышли из сравнительно спокойных вод туда, где высокие волны с белыми гребнями начали качать корабль вверх и вниз, а ветер бросал брызги в окна. Памела Гладстон направляла «Левкотею» вокруг южной оконечности острова в открытое море.
Пендергаст занял место напротив штурвала. Он приехал в непромокаемом плаще с желтой зюйдвесткой, в непромокаемых штанах и сапогах — все новенькое, с иголочки, пахнущее магазином, где эти вещи были куплены. Гладстон с трудом сдержала удивленную улыбку.
— Не лучший день для прогулок, — сказала она.
— Действительно.
Она внимательно посмотрела на Пендергаста, опасаясь увидеть признаки морской болезни, но ничего такого не заметила. Лицо его, как всегда, было бесстрастным и невозмутимым, совершенно непроницаемым. Обычно перед рвотой люди бледнели, но он и без того был бледен как смерть.
— К первому месту сброса мы подойдем минут через пятнадцать. Это бухта между Бока-Гранде и Кайо-Коста. Второй сброс — у Манасота-Ки, а третий и четвертый у Винис-Инлет. Пятый — чуть дальше в море, милях в десяти к северу. Эта точка видна с берега.
— Спасибо за объяснения.
Пендергаст не предложил помощи, да она бы и не приняла ее. В этих бурных морях о человеке за бортом не могло быть и речи. Шторм, обрушившийся на них, двигался из залива к дельте. Они захватывали лишь его край — ничего, с чем ее корабль не мог бы справиться, и никакого ухудшения в прогнозе. Обычный бурный день на открытой воде. Так она, по крайней мере, думала.
Прошло не очень много времени, когда Гладстон заметила на радаре судно приблизительно в пяти морских милях позади. Оно было там почти с тех пор, как они миновали маяк на Санибеле, и, похоже, преследовало их. Гладстон увеличила масштаб радара и сделала заметку на память — отметила другие суда поблизости, их местоположение, курс. Сегодня их было гораздо меньше обычного: в такую погоду прогулочные суда предпочитали оставаться в порту. Эти суда были рабочие. Она перевела взгляд на зеленое пятнышко в пяти милях за кормой — чужой корабль шел с той же скоростью и тем же курсом, что и «Левкотея». Гладстон повернулась посмотреть, но за волнами и барашками, туманом и брызгами ничего не увидела.
Пендергаст, прежде молчавший, вдруг заговорил:
— Похоже, нас преследуют.
— Вы имеете в виду судно на один восемьдесят в пяти милях за кормой? Я тоже его заметила. Возможно, совпадение.
— Может быть, сделаем маленькую проверку? — предложил он.
— Как?
— Измените курс на девяносто градусов.
— Неплохая идея.
Гладстон крутанула штурвал и развернула корабль по широкой дуге на новый курс в 270 градусов.
— Эй, — сказал Лэм, заглянув в открытую дверь рубки. Он прибежал с кормы, где готовил первый сброс. — Что это за изменение курса? Мы должны двигаться на север.
— Просто небольшой эксперимент, — пояснила Гладстон.
Она наблюдала за маленьким зеленым пятнышком, Пендергаст стоял рядом. Минуту или две спустя судно, шедшее за ними, повторило их маневр.
— Сукин сын, — сказала Гладстон.
— У них есть АИС? — спросил Пендергаст.
Она удивилась, узнав, что ему известно об Автоматической идентификационной системе, имеющейся на большинстве судов.
— Нет.
— А вы используете АИС?
— Да.
Гладстон заколебалась. Оглянувшись, она увидела, что Лэм, завернутый в непромокаемый плащ и сменивший красные кроссовки на большие зеленые резиновые сапоги, полностью занят подготовкой плавучих буйков.
— Агент Пендергаст, не могли бы вы пройти на корму с биноклем и сказать мне, что вы там разглядите? Только держитесь за перила — на море сильное волнение.
— Безусловно.
Выйдя из рубки, Пендергаст прошел на корму и поднес к глазам бинокль. Она видела его ярко-желтую фигуру, видела, как он вглядывается в пространство за брызгами и ветром.
Гладстон снова изменила курс к первоначальному и отметила, что второе судно последовало за ней.
Вернулся Пендергаст, с которого капала вода.
— К сожалению, не смог его разглядеть.
— Да, видимость — дрянь.
Кому понадобилось преследовать ее и с какой целью?
— А не стоит ли выключить ваш АИС? — спросил Пендергаст?
— Я могу его выключить, но это ничего не даст: у них включен радар, которым они нас уже ведут. Вместо этого я хочу связаться с мерзавцем по УКВ.
— Отличная идея.
Гладстон взяла микрофон. Шестнадцатый канал молчал, и она нажала кнопку передачи:
— Неизвестное судно, неизвестное судно, вызывает «Левкотея», прием.
