-- Светлое Солнце! Какое счастье, что у мужчин не бывает женских недомоганий, -- усмехнулась девушка. -- При малейшем нездоровье вам начинает мерещиться путь к новому воплощению. От похмелья еще никто не умирал. -- Парень насупился, но хвататься за голову перестал. -- Скажи, Мерте можно верить? Она не отправит Серпа в ловушку?
-- Нет, ей это ни к чему. Да и поладили они с чародеем на зависть, как я понял.
-- Ты ведь тоже знаком с Мертой?
-- Знаком.
-- Отведи меня к ней, пожалуйста.
-- Зачем? Она старая-престарая. С Серпом они просто болтали, ничего такого...
-- А я ничего такого и не думаю, -- сказала Иви запальчиво. -- Я хочу побольше узнать о делах Серпа, раз уж он сам ничего не соизволил объяснить.
-- Вряд ли Мерта захочет с тобой откровенничать, -- Кайт полагал, что бывшая Нетопыриха не то что откровенничать, просто разговаривать с Иволгой не станет, но постарался смягчить суровую правду.
-- Ты пей, пей, уже готово, -- девушка сочла разумным немного обождать с уговорами. Пускай страдальцу хоть чуть-чуть полегчает, глядишь, проще будет согласие получить.
Кайт тут же снял с кружки блюдце, оросившее стол горячим дождиком, подул на парящий отвар и осторожно сделал первый глоток. Иви терпеливо молчала, пока стражник пил, то и дело обжигаясь.
-- Я уж попытаюсь добиться от трактирщицы ответов, -- продолжила разговор, когда парень, переведя дух, отодвинул опустевшую кружку. -- Кайт, миленький, ну пожалуйста, -- взглянула умоляюще. -- Ты меня только проводи до трактира. Или хоть дорогу объясни.
-- Ладно-ладно, -- сдался Кайт, осознав, что Иволга не отстанет. -- Помолчи, не канючь, в висках отдается, -- прикрыл глаза. -- Завтракать сегодня не буду.
***
Вопреки предположению Иволги, Серп сначала отправился не в Регис, а в Залесный. Он решил, что расспросить Саликса и Р
В открытую соваться в городишко было глупо: его там слишком хорошо знали. И, что важнее, неизвестно, как отнеслись к бегству ссыльного. Может, плюнули и забыли, может, получили приказ хватать, коли объявится. А тратить лишние силы на возможные столкновения со стражей в его положении чересчур расточительно.
И Серп, выйдя из перехода в сырой дубраве неподалеку от городка, терпеливо дожидался ночи в надежде незаметно пробраться в Залесный тем же путем, что и выбрался -- лунными лугами. Бледноликая Госпожа, увы, пряталась за низкими осенними тучами, не думая снисходить до нужд чародея. Пришлось раздеться, обернуться нетопырем и по воздуху добираться до замка.
Серпа позабавила ирония: совсем недавно он опасался преследования Нетопырей, а теперь сам несется над землей на кожистых крыльях летучей мыши. Орден не зря выбрал эмблемой ночную тварь. Она не только отличалась бесшумностью и незаметностью, ее хрупкое пушистое тельце по какой-то причине не ограничивало возможности пользоваться даром, как большинство обличий животных, птиц и гадов, не говоря уж о рыбах и насекомых.
Благодаря чародейскому чутью Серп безошибочно выбрал на крыше трубу, которая вела в камин в спальне кастеляна. Опустился на край, осторожно потянул чувствительными звериными ноздрями чуть пахнущий гарью воздух. В дымоходе было жарковато, пришлось применить остужающие чары, предварительно обезвредив всю охранную и сигнальную волшбу в покоях. По счастью, полотно сил осталось почти не потревоженным, да и мощи ушло немного, ибо Саликс не отличался особой изобретательностью или просто не желал перетруждаться. Вообще-то, чародея нетрудно понять: кому нужен кастелян из жабьего угла? Уж точно не лазутчикам из Оксиса или Дэры. Тех в столице нужно ждать или в приграничных крепостях. А местные грабители в замок и без чар лезть поостерегутся.
Серп осторожно спустился в дымоход, цепляясь за камни коготками на локтевых суставах сложенных крыльев и короткими задними лапками. Проваливаться с шумом вниз, поднимая облако сажи, которая непременно забьется в нос и заставит чихать, не хотелось.
Очутившись в комнате, вернул себе человеческий облик, предварительно с помощью чар избавившись от налипшей на нетопыриную шубку копоти. Выбираться все равно придется другим способом, а являться в Регис под видом трубочиста он не намерен.
Серп, черпая силу из жара плоти, давно отвык стесняться своего тела, так что и не подумал прихватить с собой ни уменьшенный дорожный мешок, ни хотя бы штаны. По счастью, спал кастелян один, и не удивительно: казалось, от оглушительного храпа сотрясаются каменные стены. Бывший залесненский палач с радостью положил конец кошмарным звукам, сначала, любопытства ради, зажав двумя пальцами нос спящему, а когда тот исторг из приоткрывшегося рта рокот горного обвала, от всей души двинув в плечо.
