Велена послушно кивала и пила горячее варево, наконец на нее не смотрели как на выродка и, как ни странно, даже заботились. Отвар был невкусным, но таким теплым!
И ведьма, уже более ни на что не отвлекаясь, принялась куховарить.
Варево в печи одуряюще пахло, от тепла все тело набилось приятной сонной тяжестью, и Велена лишь зыркала желтыми глазами по сторонам. Смотрела на кота, обиженно глядящего на закрытый сундук. Просматривала на летающих по улице пташек и носящуюся туда-сюда хозяйку. Дома и то негде было так полежать…
Дом ведьмы был небольшим, но уютным, заставленным под хозяйку. Крохотная, почти никакая прихожка, большая комната с печью, объединяющая кухню, столовую и лабораторию алхимика, позади был занавешенный проход в какую-то другую комнату, быть может, спальню хозяйки. Все вещи в доме были строго расставлены по своим местам, чтобы не глядя взять все, что нужно, сразу, не задумываясь и не рыская в поисках нужной вещи. У печи — трое ухватов различного калибра для больших, средних и малых горшков, небольшая горка загодя заготовленных дров, чуть отставленная заслонка.
На столе — досточки для резки, миски стопкой, деревянный ящичек для ложек, небольшая фигуристая подставка для ножей в виде вычурного пенька с опятами. Под столом притаился добротный деревянный же ящик. На подоконнике цвел сиреневыми небольшими цветками какой-то одомашненный кустик. Рядом с ним выстроились в ряд глиняные баночки с мазями и притирками. Под окном мутно и загадочно блестела толстая стеклянная бутыль с чем-то коричневым и подозрительным…
Сама ведьма молча и споро нарезала овощи и вбрасывала их в кипящий в печи горшок, то и дело вынимая и засовывая его обратно. Такой способ готовки был необычен, чаще всего хозяйки всем скопом забрасывали овощи и мясо в горшок, а потом томили, пока не разварится.
— Простите, Марья, я могу вам чем-то помочь? — следовательница сама удивилась, что почти засыпая рискнула подать голос. На самом деле ей было неловко, что чужой человек взялся за ее лечение. И хотелось хоть чем-то отплатить за подобное человеческое отношение.
— Пока ничем. Я вас вылечу… а вы… найдите то, что пугает лешего и уничтожьте, если сможете. Мне плевать на людей, по большему счету они ничего для меня не значат, — ведьма, наконец, оставила в покое горшок с супом и принялась нарезать испеченный вчера хлеб большими ломтями. — Но леший и водяной мои… можно сказать, друзья. Так что можете считать, что мною движет чисто меркантильный интерес. Я помогаю вам, вы помогаете лесу и лесным обитателям. Потом мы все расходимся и живем долго и счастливо без всяких опасностей…
— Очень честно с вашей стороны. Поверьте, как только мне удастся узнать причину беспорядков, я пошлю в городское управление отчёт и получу право на полевую работу, — женщина коснулась лежащего рядом с ней длинного меча. — А уж это дело я знаю.
— Благодарю, — кивнула ведьма и отправилась в погреб за медом, поскольку имевшиеся в доме запасы подходили к концу, а сам мед был признанным лекарством от многих болезней. Да и отвары с чаями гонять вприкуску было намного вкуснее.
— Ой, простите, я совсем забыла, мне ещё деревенские сказали, чтоб я захватила к вам с собой кое-каких продуктов, — спохватилась гостья, с видимой неохотой привстала на печи, пытаясь дотянуться до большого заплечного мешка, раздутого от накопленной в деревне снеди. Мешок стоял у ножки стола в нескольких шагах от печи, и дотянуться до него было делом не реальным. — Там молоко, мед, масло, яйца, сметана, сливки, творог и курица… Я совсем забыла про курицу, — в шоке прошептала женщина, спускаясь-таки с печи, чтобы хоть выгрузить продукты на стол. А она ещё удивлялась, чего этот котище с таким интересом сумку обнюхивал!
— Значит, скоро ждать Марфу, — ухмыльнулась вернувшаяся ведьма, глядя на выставляемое изобилие. Поставила рядом со столом большой бочонок с медом. — Самая активная бабенка в деревне. От мужика скоро один скелет останется, а она все его зельями пичкает… А курицу, кстати, испечем на ужин, заодно и Вовчика покормим… И тебе, проглот окаянный, достанется.
Отпихнутый от курицы кот злобно зашипел.
— А что не так с вашей Марфой? — с любопытством осведомилась Велена, вновь присаживаясь на печке, прижимая к груди мешочек с песком и провожая кота смешливо улыбкой.
— Иногда мне кажется, что она не человек, — хмыкнула ведьма, процеживая через тряпицу второй отвар. — Мужа затрахала уже до полусмерти, вот что. Говорю ей, говорю, что мужикам столько нельзя этой настойки, сердце не выдержит… А она знай покупает и подливает… Скоро будут поминки в деревне…