Они вошли в территорию. Желтые листья лежали везде: на траве, на крыльце, на дорожках. Само здание было не большим, но и не маленьким. Некогда оно было выкрашено в синий цвет, хотя синего там почти не было. Здание было деревянным, а дорожки просто протоптаны. Возле здания стояла старая иссохшая береза.
Они вошли в это здание. Там было уютно. Ощущения были как в деревенском домике.
– Что вас интересует? – спросил Натан Рихардович и засмеялся. – А точнее, кто?
– Меня интересует Жан де Вие. У вас есть эта информация?
Дед-искусствовед засмеялся.
– Варечка, конечно у нас есть такая информация! – проговорил бодро Натан Рихардович и повел гостью в какой-то большой зал со стеллажами, на которых плотно стояли старые книги. Запах был соответствующий. – Наш клуб не простой. У нас нет информации про Веласкеса и Рембрандта, Энгра или Пикассо! Мы собираем по свету информацию о художниках, великих художниках, которые остались в тени, как раз как Жан де Вие. Он был гением, но писал портреты на Сен-Жермене и Сен-Сюльписе. Скажите, Варечка, вы считаете это справедливо?
– Нет, – искренне ответила Варвара.
– Вот и мы так считаем. В нашем клубе всего десять человек. Мы работаем так: каждый берет себе имя и ездит в течение двух месяцев по свету, собирая всю информацию. У нас есть галерея. Да, да. Там выставлены все картины тех, кого мы изучали, но вот де Вие… с ним все по-другому. Его картины исчезли. Хотя мы знаем, где они.
– Знаете?! – удивилась Варвара.
– Варечка, конечно!
– А откуда у вас деньги на все поездки, покупку картин… – уже ради интереса спросила Варвара.
– Наш клуб основал молодой мальчик, ему тогда, семь лет назад, было двадцать лет. Его родители были богаты, и он решил основать этот клуб. А два года назад, когда его отец передал ему свой бизнес, времени у него не осталось и он назначил главным меня, но финансирует по-прежнему. А после этого мои ровесники еще и говорят, что молодежи интересны только наркотики, алкоголь и… – Он выругался. – Тьфу!
– У каждого свой путь, – философски сказала Варвара. – А у Вас есть путь, который прошли картины от момента кражи в XIX-м веке и до наших дней?
– Есть, – ответил Натан Рихардович, давая Варваре толстую, обтянутую бордовой кожей, пыльную книгу.
Варвара жадно взяла ее.
– А я могу здесь присесть и изучить информацию? – неуверенно спросила Варвара. Она была почти уверена, что старый искусствовед выгонит ее за наглость.
– Конечно, можно! – рассмеялся Натан Рихардович. – Будете чай с клубничными кексами? Я сам их пеку.
– Спасибо, если можно… – она обожала клубничные кексы, и плюс еще очень хотела есть. Она села за большой массивный стол возле последнего стеллажа, повесив сумку и пальто на спинку стула.
Искусствовед испарился. Она чихнула, уж слишком здесь была сильная концентрация «книжного» запаха. И вот она открыла книгу. На первой странице было содержание: «1 Биография, 2 Репродукции и их анализ, 3 История картин…» Вот! То, что ей нужно! Она открыла 763 страницу и начала изучать историю. Сначала была таблица. В первом столбце была дата, а во втором – событие. Пробежав глазами по таблице, она поняла – картины не уходили из семейства Туровых. Варвара открыла биографию. Итак, фамилия Туров ни разу не была там упомянута. Потом она решила поискать там фамилию этого вора Ровнева. Ничего. И уже потом она решила отсканировать весь этот текст на наличие там фамилии Красновых, и… она нашла кое-что! Там прямо история для приключенческого рассказа! Агриппина Краснова познакомилась с де Вие когда однажды приехала в Париж вмести со своим мужем Анатолием и дочкой Викторией. Ей тогда было всего четыре года. Она заказала у него их портреты…
В комнату вошел Натан Рихардович с подносом, на котором стояли две кружки с чаем, из которых шел пар, еще там стояла тарелочка с четырьмя кексами. Он водрузил поднос на стол и сел напротив Варвары.
– Ну, Варечка, попьем же чаю, – произнес он театрально.
– Натан Рихардович, расскажите мне про связь семьи Красновых и Жана де Вие.
Он подумал немного, вспоминая.
– Да. Ну, Анатолий Краснов со своей семьей приехал в Париж. Его жена, Агриппина, встретила Жана де Вие, и вскоре они стали лучшими друзьями. Поговаривали, что у них даже был роман.
– А в книге написано, что Агриппина долго просила портретиста написать портреты ее семьи.
– Да. Так и было.
– И он написал их портреты.
Он удивленно посмотрел на Варвару.
– Ну, да, – он взял книгу из рук Варвары и отлистал к репродукциям. – Вот. – указывал он пальцем на каждую из фото картин, которые во вторник она видела на месте преступления. – Вот их портреты. Этот мужчина – Анатолий Краснов, женщина – Агриппина, а девочка – их дочка, Виктория.
Варвара вдруг почувствовала, что она почти у цели. Ей осталось совсем немного.
– А у вас есть адрес этих Туровых?
– Есть, но он вам не пригодится.
– Почему?
– Последний из их рода умер три месяца назад. Это была девушка, Маргарита Турова, умерла от инфаркта. Честно говоря, не очень была она хорошая особа.
– А чего?
– Хамила постоянно!
– А куда ушли картины после ее смерти?
– Их выкупили.
– Кто и когда?
