‘Да. Должен, - сказал Кастелл. - Эта трещина между нами. Я бы оставил это позади.’
- Трещина? Я не знаю, о чем ты говоришь.’
Кастелл почувствовал, как его кулак непроизвольно сжался. Это будет труднее, чем я думал. Медленно вздохнув, он разжал пальцы.
- Пойдем, Джаэль. Давайте не будем играть в игры. Я знаю, что ты желаешь мне зла, что ты нанял тех людей у ручья в Хелвете.’
Джаэль повернул голову, изучая Кастелла глазами с тяжелыми веками. ‘У тебя нет доказательств, - наконец сказал он.
‘У меня есть мешок золота Исильтира с гербом Ромара, - возразил Кастелл.
- Пфах. Это ничего не значит.’
‘Если это так, то мне не повредит поделиться информацией с Ромаром.’
- Делай, что хочешь. Мне все равно.’
Некоторое время они шли молча, потом Кастелл остановился. Джаэль повернулся, сцепив руки за спиной, и на его лице все еще застыла эта сводящая с ума фальшивая улыбка.
Краем глаза Кастелл заметил Ульфилу и сопровождавших его людей. Они внимательно следили за ним.
‘Я не знаю, почему ты меня так не любишь, - сказал Кастелл. ‘Если я обидел тебя, то прошу прощения.’
‘Огорчен. Обидел меня’ - прошипел Джаэль, все еще каким-то чудом удерживая улыбку. ‘Да, ты меня обидел. И уже слишком поздно сожалеть. Уже слишком поздно.’
‘А что, по-твоему, я сделал?- Сказал Кастелл, нахмурившись.
- Ты опозорил меня, Кастелл, - тихо сказала Джаэль. - Перед величайшими воинами во всех изгнанных землях, перед королями, перед чемпионами королей и перед сыновьями королей. Неужели ты думаешь, что я просто так это оставлю?’
- Но эта обида на меня. Это началось не в Джеролине.’
‘Верно, верно, - сказала Джаэль, махнув рукой. ‘Но тогда я просто отплатил тебе за грехи твоего отца. Ну, это совсем другое дело, и гораздо более серьезное. Ты опозорил меня перед Натаиром, будущим королем Тенебраля. Он видел, что ты сделал со мной, и я не могу позволить ему считать меня слабым.’
- Прегрешения моего отца? Что ты имеешь в виду?- Прорычал Кастелл, чувствуя, как поднимается его гнев. Все это происходило слишком быстро. Но его отец был упомянут.
Джаэль нахмурилась, пристально глядя на него, потом рассмеялась. ‘Ты действительно не знаешь? Ну, я не думаю, что сейчас самое время говорить на эту тему.’
Кастелл глубоко вздохнул. Все пошло наперекосяк. Но его отец. Что имел в виду Джаэль? Он заморгал, тряхнул головой и с усилием припомнил то, что хотел сказать. - У Ромара есть планы, - сказал он. ‘На будущий год, сразиться с хуненами. Эти планы касаются нас обоих. Ради Исилтира мы должны забыть о своих обидах.’
Джаэль хлопнул мягко, медленно. ‘Ради Исилтира, - усмехнулся он. - Ты не нужен Исильтиру. Ты не нужен моему дяде. Он просто жалеет тебя.’
Теперь ярость горела внутри Кастелла, заливая краской его шею и лицо. Он почувствовал, как сжались его кулаки. Далекий голос в его голове шептал, что Джаэль подстрекает, провоцирует его, и усилием воли он заставил себя глубоко вздохнуть, улыбнуться, хотя это больше походило на гримасу.
-Ты бесполезный, уродливый, тупой идиот, Кастелл, - продолжала Джаэль, широко улыбаясь, - как и твой отец.’
Кастелл непроизвольно шагнул вперед, понял, что делает, и заставил себя остановиться. ‘Нет, Джаэль’ - прорычал он. ‘Я больше не ребенок, которым ты можешь играть, как марионеткой. Потяни за эту ниточку, и он сделает это, потяни за ту ниточку, и он сделает то. Больше не надо.- Он вытер пот с лица.
Гнев затуманил глаза Джаэля, искривил его рот, всего на мгновение, но потом улыбка вернулась.
- Понимаю. Ну, а когда кукла не подчиняется воле хозяина, тогда у нее перерезаются нити и ее бросают в огонь.- Джаэль шагнул вперед и наклонился к Кастеллу. ‘Не заблуждайся, - прошептал он, - я здесь хозяин. И я обещаю тебе, что в один прекрасный день твои струны будут перерезаны, и ты сгоришь.- Он помолчал, принюхиваясь. - И я боюсь, что те, кто рядом с тобой, будут сожжены тем же пламенем.’
- Что? Что ты имеешь в виду?- сказал Кастелл.
Джаэль улыбнулся. - Разберись с этим, недоумок. У тебя есть только один друг. Ты же знаешь, что неверное суждение может привести к ранней смерти.’
Он говорит о Маквине.
С рычанием Кастелл бросился вперед. Он схватил Джаэля и отшвырнул его назад, швырнув на каменную стену. Джаэль хмыкнул, а затем Кастелл снова набросился на него, обхватив руками за горло. В ушах у него стоял рев, зрение было искажено так, что он видел Джаэля словно сквозь туман, глаза выпучены, он безуспешно бил его по рукам, но ничто не могло сдвинуть его с места. Издалека он услышал крики, почувствовал острую боль в спине, руки тянули его. Ноги Джаэля подкосились, и его кузен начал медленно опускаться на пол, Кастелл все еще сжимал его. Откуда-то сзади сквозь красный туман донесся голос:
‘. . . ты убьешь его, дурак, отпусти или умри.’
Он увидел, как его руки медленно разжались, освобождая Джаэля, который упал на землю, задыхаясь, втягивая воздух глубокими, неровными вдохами. Мужчины бросились вперед, поднимая Джаэля.
Отступив назад, Кастелл снова почувствовал боль в спине и, обернувшись, увидел Ульфилу с ножом в руке, кончик которого, длиной примерно в полпальца, был залит кровью.
