- Добро пожаловать, - сказала она, когда он залез под рубашку, вытащил расческу и положил ее на стол.
- Благодарю, - пробормотал он.
- Похититель, - проскрипел голос в ухе Корбана, заставив его вздрогнуть. Краф сидел в темной нише, сверкая глазами-бусинками и проводя клювом по угольно-черным перьям.
- Нет, Краф, ты ошибаешься. Он возвращает мне гребень, так что похититель это ошибочно. Заемщик может быть более подходящим.’
- Заемщик, - повторила птица.
‘Да, хорошо. Послужило ли оно своей цели?- Сказала Брина Корбану.
‘Не совсем, - ответил Корбан, все еще глядя на ворону.
‘Но я думал, что это необходимо в качестве доказательства.’
‘Да, так оно и было. Но некоторые люди верят только в то, во что хотят верить, - сказал Корбан, дотрагиваясь до своей щеки.
- А, понятно. Ну, как бы то ни было, теперь, когда ты здесь, давай приступим к работе. Ты знаете растения?’
Он непонимающе посмотрел на нее.
- Растения, мальчик, растения. Можете ли ты отличить вербену от наперстянки, заячью лапку от полыни?’
- Червь какой?’
Брина раздраженно вздохнула.
- Бесполезно, - пробормотал ворон.
- Сегодня я тебе покажу. Я надеюсь, что у тебя есть мозги в этом разбитом черепе, потому что в следующий раз тебе придется делать это в одиночку.’
- В следующий раз? Одному?’
- Да, мальчик!- закричала она. ‘В следующий раз. Ты же не думаешь, что один мимолетный день-это все, что требуется, чтобы искупить вину за то, что ты ворвался в мой дом и попытался ограбить меня? Понимаешь?’
‘Нет-нет.’
- Хорошо’ - отрезала она, и Краф с громким треском открыл и закрыл клюв, заставив Корбана дернуться.
- И пожалуйста, перестань повторять то, что я говорю. Ты ведешь себя пугающе, как моя ворона.’
- Тревожно, - сказал ворон.
Вскоре они уже были в Ольховой роще, Брина указывала на разные растения, разговаривала почти без умолку, срывая листья или выдергивая их целиком, с корнями и прочим.
‘. . . silverweed . . .- сказала она, передавая растение Корбану, который осторожно положил его в мешок из пеньки, которым снабдил его лекарь.
‘. . . хотя цветок у него желтый, - объяснила она. - Он назван в честь своих зеленых листьев, но видишь эти тонкие волоски на листьях? Ну, они дают вид, что листья окантованы серебром, и отсюда название.’
‘Понятно, - глубокомысленно кивнул Корбан, стараясь изо всех сил изобразить интерес.
‘А это горько-сладко. У него есть маленький фиолетовый цветок и красные ягоды. Очень хорошо для старых костей вроде моих.’
‘Почему ты была в холде Эвниса?- Сказал Корбан, наконец собравшись с духом, чтобы задать один из многих вопросов, вертевшихся у него в голове.
- Его жена больна. Очень больна. Я дал ей немного макового семени, чтобы облегчить ее боль. Но я удивилась, - сказала она почти про себя. - Она выглядела лучше. Не исцелилась, заметь, но лучше, чем в последний раз, когда я ее видела. А с людьми в ее положении такое обычно не случается.’
- О, - сказал Корбан. ‘Но я думал, что ты в крепости, чтобы присмотреть за разбойником из Баглуна.’
- Так и было. Но я могу смотреть больше одного человека в день, ты же знаешь. В конце концов, я целитель, поэтому стараюсь лечить людей, когда могу.’
‘Значит, он все еще жив?’
- Да, мальчик. На сегодня. И если ему удастся избежать еще одного удара ножом в спину. Ты всегда задаешь так много вопросов?’
- Мама говорит, что да, - быстро ответил он.
‘Ну, это не так уж плохо, я полагаю. Раздражает, но неплохо. И так продолжался день, Брина рассказывала Корбану о внешнем виде и свойствах растений, Корбан задавал вопросы, обычно никак не связанные с растениями, всякий раз, когда Брина останавливалась, чтобы перевести дух. В конце концов они вернулись в коттедж, и Брина заставила Корбана подметать, что заняло некоторое время, но не помешало ему задавать вопросы.
Когда солнце уже садилось, Брина сказала Корбану, что он может идти домой.
‘Когда мне вернуться?- спросил он.
- Дай-ка я посмотрю, - сказала она, постукивая по столу длинным костлявым пальцем. - Одного раза в седьмую ночь должно хватить. Дай пыли шанс осесть для тебя. И дай мне время собраться с силами для твоего шквала вопросов.’
Корбан неуверенно улыбнулся, Не зная, шутит она или говорит серьезно. Он кивнул ей и пошел прочь, услышав, как Краф вспорхнул на плечо Брины, стоявшей в дверях.
- Раздражает, - проскрипела ворона.
‘Да, такой, - услышал он голос Брины. - Но в приятном смысле.’
Кастелл прошел через открытые ворота Джеролина на широкую равнину, окружавшую его. Она уже начала пустеть, знамена были свернуты, клочья желтой травы там, где раньше стояли палатки. Многие уехали домой накануне.
Домой. Это была странная мысль. Он был вдали от Микила всего несколько лун, но с тех пор, как он уехал, произошло так много событий, что они казались годами.
Маквин рыгнул ему в ухо.
- Всегда хорошо нарушать пост, парень, и это лучшее, что у нас будет на какое-то время, я думаю. Лучше приготовься к возвращению домой, а? Не хотелось бы быть последним в седле, дай своему кузену еще что-нибудь, чтобы он стонал.’
