Валери выкрикнула приказ, заметив своим натуанским зрением, что темнота в углу вдруг словно бы завихрилась. Остальные мгновенно открыли лампы, которые держали в руках, и от яркого света ей стало больно глазам — но не ее полный муки возглас разнесся по каюте. В воздухе мелькнул кинжал и с лязгом вонзился под пластину доспехов Черной Метки. Впрочем, рыцарь, который лежал на койке, сливаясь с тенью от кровати и переборки, не обратил на это никакого внимания. Второй кинжал отскочил от дальней стены и задел Кайлану в ногу. Друидка вскрикнула — но боль была сущим пустяком по сравнению с ужасом, который она испытала, поглядев в другую сторону.
Из залитой ярким светом стены высовывался Сэм — вернее его половина: переборка пережимала его пополам. Напрягая мускулы, он пытался вытащить себя из нее — и не мог. Он не издал ни звука: убийцы приучены молчать даже в смертной муке, но его искаженное лицо было красноречивее любого крика. Он извивался, похожий на нелепую пародию на охотничий трофей, и умирал, умирал, разрываясь между двумя мирами…
— О, пещеры! — воскликнула Валери, широко раскрыв глаза. — Слишком рано!
— Сэм! — ахнул Арси, прятавшийся на второй койке, но Валери уже опомнилась и метнулась вперед, к черно-золотому предмету, который выскочил у Сэма из-за ворота. Она подхватила талисман и ощутила его силу — силу, только благодаря которой Сэм еще оставался жив. Цепочка была тонкая, стоило ее разорвать — и окровавленный торс убийцы рухнул бы на пол… Но вместо этого Валери призвала на помощь силу портала Тьмы и проговорила слова заклинания. Остальные стояли, оцепенев от потрясения, но Черная Метка не растерялся. Угадав, что задумала колдунья, он подбежал к ней и, схватив Сэма за плечи, с невероятной силой вырвал его из стены.
Сэм растянулся на полу, хватая ртом воздух. Шарф размотался, и стали видны его чернильно-черные волосы и безумные серые глаза. Задыхаясь, он поднес руку к горлу и сжал в кулаке талисман. Посмотрев на застывшего в ужасе Арси, на Валери, которую трясло после заклинания, на Черную Метку, с настороженным видом ждущего нового нападения, и на Кайлану, широко распахнувшую свои глубокие зеленые глаза, Сэм дернул цепочку. Посыпались разорванные звенья. Не говоря ни слова, Сэм швырнул талисман Валери и потерял сознание.
— Мы догадались, что в конце концов ты придешь нас убивать, — объяснил ему Арси, — Валери быстро сообразила, что происходит. Она слыхала о переходе в тени… Кое-кто из ее соплеменников тоже это умел.
— Мы собирались ослепить тебя светом и отнять талисман, — со вздохом добавила Валери. Портал Тьмы на новой крепкой цепочке висел на ее шее и казался черной раной на белой коже. — Вот мы все и притаились здесь с лампами, не считая менестреля, который бы не поместился в каюте. Да и толку от него все равно бы не было.
— Это уж точно! — рассмеялся Арси. Теперь, когда все было позади, ими овладело то истерическое веселье, когда любая мелочь кажется невообразимо смешной. — Он бы только взглянул на тебя — и сразу бы рухнул, словно пришибленный гиппогриф! — Арси ухмыльнулся. — Одни твои волосы чего стоят!
Сэм улыбнулся. Он лежал на койке, прихлебывая бульон, который сварила Кайлана.
— Ну, не знаю… Неужели они настолько ужасны? — Он уже чувствовал себя намного лучше. Мягкий свет лампы, падавший ему на лицо, казался ему приятным и теплым.
— И даже еще хуже, — строго ответила Кайлана. — Я приготовлю тебе бальзам из мыльнянки, и будь добр их отмыть — хотя бы в качестве личного одолжения мне.
— Конечно, — с улыбкой согласился Сэм. К его глазам снова вернулся прежний зеленовато-коричневый цвет. — Это самое малое, что я могу для тебя сделать, ведь я тебя ранил.
— Поверь, я считаю, что свою душу ты ранил гораздо сильнее.
— Точно… Если бы не Валери, меня перерезало бы пополам. И вам досталась бы только половина убийцы — причем не самая умная.
Сэм снова улыбнулся. Робин, который сидел на палубе, подбирая рифму к слову «Ортамот», с изумлением услышал странный звук: словно хорошие друзья вместе смеются над чем-то. Кентавр в недоумении взглянул на яркие звезды — он был поражен.
