Сэм полз по отвесной стене, словно паук. Ему было совершенно ясно, что надо делать: обвязать Робина веревкой и надеяться, что у Черной Метки хватит силы вытянуть его на тропу, если кентавр все же окажется не в состоянии ему помогать. В глубине души Сэм был даже рад. Ему не хотелось видеть, как гибнет этот жеребенок, а когда появился дополнительный сверкающий стимул… Скала оказалась довольно удачная – отвесная, конечно, но неровностей хватало. Вися над трехсотфутовой пропастью и глядя сверху вниз на парящего орла, Сэм едва не рассмеялся от удовольствия. Он высоту любил.
– Ну, я же говорил, что он псих! – сказал Арси, обращаясь к Валери. – У него это… как ее… расщепление двуличности.
Сэм медленно опускался к тому месту, где сидел Робин. Глаза у кентавра были широко открыты – и смотрели только вниз, в пропасть. Сэму показалось, что он слышит тяжелые удары двух сердец. Убийца ухмыльнулся.
– Привет, лошадиная задница! – приветствовал он Робина, держась за скалу ногами и снимая с плеча веревку. – Сейчас я тебя выручу.
– Помогите, – прошептал Робин.
«Судьбы, да на вид он еще совсем мальчишка! – подумал Сэм. – Неужели и я когда-то тоже был таким?»
Он обвил веревкой человеческую талию кентавра, потом – его плечи и круп, так что получилось нечто вроде упряжи, и, тщательно затянув узел, пронзительно свистнул. Над краем обрыва показался черный шлем.
Убийца швырнул рыцарю свободный конец веревки, а сам вытащил из кармана куртки свой черный шарф и быстро завязал кентавру глаза, чтобы тот перестал видеть свою верную смерть.
– Помогите? – спросил Робин с некоторым интересом.
– Угу, – подтвердил Сэм. – Мы будем тебя вытягивать, но ты должен упираться в стену и сам стараться лезть вверх как можно сильнее, понял?
– Упираться и лезть, – дрожащим голосом повторил Робин. – Понял.
– Давай, Черная Метка! – крикнул Сэм и быстро перелез чуть выше и в сторону от натянувшейся веревки.
Робин начал старательно пятиться по крутому откосу. Копыта у него скользили, но все же он постепенно поднимался. Сэм перекинул ногу через край обрыва и выбрался на тропу. Черная Метка методично перехватывал веревку закованными в железо руками, и вскоре над обрывом показался серый подпаленный хвост Робина, а потом и сам кентавр, стуча копытами, выбрался на тропу. Поскольку глаза у него были завязаны, он ставил копыта на ощупь.
– Не снимайте с него повязки, – предупредил Сэм.
– Ну, на этот раз тебе повезло, менестрель, – сказала Валери кентавру, который стоял, судорожно вцепившись в скалу. Робин нервно сглотнул и кивнул.
– Вы знаете про Миззамира, – сказал он.
– Угу, – подтвердил Арси.
– И все-таки вы меня спасли. Почему?
Несмотря на завязанные глаза, он повернулся точно туда, где стояли Сэм и Черная Метка: его чуткие уши позволили ему верно определить направление. Убийца развел руками.
– Мне заплатили. Спрашивай его, – ответил он, ткнув пальцем в черного рыцаря.
Черная Метка не пошевелился. Робин понурил голову:
– Миззамир сказал мне, что вы – злые…
– Это так, – кивнула Валери. – Кроме Кайланы, конечно.
– Друиды не считаются, – вставил Арси.
– Нет, – согласилась Кайлана, – хотя порой и кажется, что это не так.
– И все-таки вы позволили им меня спасти… – настаивал Робин. Он хотел понять.
– А ты думал, я стану спорить с нашим черным гигантом, с его-то мечом? – поинтересовался Арси, приподнимая бровь.
– И вы действуете заодно…
– Это лучше, чем умереть, – заметил Сэм.
– И вы не ссорились, и не наносили друг другу удары в спину, и даже не оставляли товарищей в беде! – воскликнул менестрель. – Я этого не понимаю! Почему? Создания Тьмы так себя не ведут!
– А, опять эта чушь насчет добра и зла! – презрительно проворчал бариганец.
– Послушай, – начал было Сэм, но Валери его перебила:
– Кентавр, злой человек делает то же, что и добрый. Разница только в причинах.
– Да и добрый человек способен на невероятно злые поступки, – тихо проговорила Кайлана. – Вот скажи, например: разве это не зло – убивать разумные существа?
– Э-э… да, – предположил Робин.
– Но Фенвик и его люди – сторонники добра – хотят нас убить. Они от этого становятся злыми?
– А мы раздробили те скелеты, – вставила Валери. – Это ведь были исчадия Тьмы… Но мы от этого добрее не стали.
– А этот дурень Сэм пристукнул насильника в Мартогоне, – сказал Арси, доставая трубку и кисет. – Кем ты будешь его считать: героем, поскольку он спас девицу, или злодеем, раз убил человека?
– Да, – подхватил Сэм. – А Арси рискнул своей шкурой, чтобы украсть для нас целительной воды… Он злой, потому что крал и при этом нанес немалый ущерб тем варварам, или добрый, потому что помог нам?
– Мы – злые, потому что помогаем друг другу из эгоистических соображений, – подвела итог Валери. – Мы поняли, что, если не будем действовать заодно, погибнет мир – а значит, и мы.
– При менее веской причине наш союз не продержался бы и пяти минут, – серьезно проговорила Кайлана. – Мы перерезали бы друг другу глотки за малейшую выгоду… Но когда на карту поставлено столько, приходится выбирать: действовать заодно или погибнуть… А мы слишком любим себя, чтобы выбрать второе.
