Сижу так минуты две… и понимаю, что воздуха не хватает: уж слишком плотно закрываются дверцы! Ещё и пылью пахнет так, что уже в носу чешется.
Нет, я больше не выдержу!
Выбираюсь наружу и чихаю, зажмурив глаза, а когда открываю – вижу письмо на полу, выпавшее из шкафа вслед за мной и покрытое пылью так плотно, что даже моя юбка не смогла его очистить полностью.
Поднимаю его с пола, провожу рукавом по бумаге, очищая от слоя грязи, и пытаюсь всмотреться в имя отправителя. Однако, за окном уже вечерело, а почерк был слишком изящным, с большим количеством узоров, украшавших почти все согласные буквы…
Это письмо было написано женщиной? Тогда мне тем более нужно его прочитать!
Мне нужен свет!
Вот только я даже не знаю, как зажигать свечи: этим всегда Игги занималась… потому иду к окну, раскрываю его и пытаюсь всмотреться в буквы, освещенные последними лучами заходящего солнца. И пока щурю свои многострадальные глаза, в голову мою неожиданно приходит мысль – а не рано ли я расслабилась?
Те двое, что стояли перед воротами нашего дома… они пришли за мной, а я тут расхаживаю по комнате в поисках ответа на вопрос – кто написал старое письмо, забытое в моём шкафу!
Ну, не дура ли?
– Я перестала бояться смерти? – бормочу под нос, резко задумавшись над вопросом. Затем решаю, что проверять как-то не хочется! Значит, нужно снова спрятаться, а со всякими письмами разбираться потом, уже будучи в безопасности!
Шкаф больше не кажется мне приемлемым местом для ожидания Кристиана: я выдам себя своим чихом. Потому решаю спрятаться в Комнате Памяти… там тоже был шкаф с вещами. Вот только, пока иду к двери, замечаю движение на полу.
Кристиан же сказал, что этот человек не очнётся!
Или он просто шевельнулся во время сна?
Стоит ли проверять или идти прятаться, надеясь, что он всё ещё без сознания и не встанет, чтобы убить меня, когда мне некуда будет бежать?…
– Стоит признать, я всё же боюсь смерти, – шепчу под нос… и иду к телу.
Нет, всё-таки показалось: этот человек вообще не двигается, хотя сейчас самый лучший момент для того, чтобы схватить меня!
Кивнув своим мыслям, разворачиваюсь к двери в Комнату Памяти, как дверь в мою собственную комнату медленно открывается…
– И кто тут у нас? Сама госпожа-покойница! Даже искать не пришлось! – закидывая топор на плечо, протягивает незнакомец, стоя в тени и чуть присвистывая во время речи.
Отступаю на шаг, не зная, как лучше поступить? Закричать, призывая Кристиана на помощь? А вдруг он уже мертв? Или в данный момент защищает папу?
– Госпожа справилась с моим приятелем? Соглашусь, он не был большим профессионалом… но этот проигрыш – просто позор, – и незнакомец одним точным ударом отрубает голову тому, кто лежал на полу.
Закрываю рот, останавливая рвотный позыв. Отрубленные головы я ещё не видела. Пусть в комнате не много света, но моё воображение прекрасно справляется с задачей – и уже во всю окрашивает в цвета и лужицу, что растеклась вокруг тела, и то, что находилось на срезе шеи.
– Считаю, что работа должна быть сделана чисто. Не согласны со мной, госпожа-покойница? А чисто – это значит без возможности выжить! Потому предпочитаю рубить головы. В этом деле мне нет равных! И вам повезло: снесённая с плеч голова – это быстрая смерть. Быстрая и надежная! – охотно поясняет опасный незнакомец.
…
Если он отрубит мне голову, я не смогу вернуться в эту развилку! И наше сближение с Кристианом исчезнет, вычеркнутое моей безвозвратной смертью… я вынуждена буду снова всё начинать с начала…
Опять…
– Я не хочу это терять… – качаю головой, ощущая, как глаза увлажняются.
Только не эту жизнь!
Пожалуйста…
– А кто хочет терять голову? Но я не спрашиваю, госпожа-покойница. Мне вас заказали, значит, вы умрёте, – жмёт плечами убийца и растягивает на губах кривую улыбку.
В памяти откладывается, что одного переднего зуба у него нет. Так, вот почему он присвистывал…
Отступаю ещё на шаг и вытягиваю руку вперёд:
– Мой отец заплатит за мою жизнь намного больше. Подумайте хорошо, пожалуйста!
– Какая вежливая! Аж убивать расхотелось! – изумленно восклицает незнакомец.
– Правда? – обрадовавшись, переспрашиваю.
– Нет, конечно! – хохочет убийца в ответ. – Убивать – моё любимое занятие! – и он решительно идёт в мою сторону, а я…
Даже не саму жизнь – её-то я точно скоро потеряю, – а возможность в неё вернуться, потом! Когда отживу следующую!!!
Разве это сложно? Неужели я о многом прошу?!
– Будь ты проклят! И тот, кто тебя нанял!!! – кричу, убегая в сторону окна, после чего выпрыгиваю из него, выворачиваясь так, чтобы удар пришёлся точно на голову.
*?*
– Вайолет!!! Вайолет!!!
Пытаюсь открыть глаза, в которых стоят слёзы: боль от раны в животе была невероятно…
Кровь, ранение, меч в животе… это смерть от меча Себастьяна! А где я сейчас?