То, что небожители летают на мечах, все знают. Но также все знают, что подняться в воздух способны лишь чистые духом и сильные волей заклинатели, далеко продвинувшиеся на пути самосовершенствования.
Демоны Нижнего мира не способны!
Оказывается, способны?
Или Шаоян не демон? Да нет, демон, точно демон.
Я осторожно ставлю на меч вторую ногу, ловлю равновесие. Затылком я ощущаю дыхание Шаояна, на талию ложится его неожиданно теплая ладонь. Он поддерживает, как и обещал, а у меня перехватывает дыхание — я не восприняла его слова настолько буквально.
Нет ничего плохого в том, что он помогает мне устоять на мече и сохранить лицо.
Но юной госпоже не пристало быть настолько близко с мужчиной!
Если бы кормилица меня сейчас увидела, она бы от потрясения умерла на месте.
Я действительно волнуюсь о подобной чуши? Разве за отказ подчиняться меня уже не назвали злой женщиной? О чем я? Как будто я на мгновение вернулась к прежней себе — беззаботной столичной барышне. А ведь это настоящий полет! Меч поднялся на высоту пары ступенек и со скоростью улитки плавно скользит вперед. Я будто на траволаторе из моей иномирной жизни.
Оглянувшись, я убеждаюсь, что слуги не отстают.
— Небожительница! — выкрикивает притаившийся за дальним кустом крестьянский мальчишка.
Как мило!
Объяснять, что я не небожительница, а заклинательница, нет никакого смысла. Крестьянам интереснее посмотреть на полет и волшебство, а не разбираться в отличиях сект и рангов самосовершенствующихся. В любом случае прославиться небожительницей лучше, чем злой женщиной без капли почтения к старшим.
Я собираю взгляды — крестьяне не осмеливаются толпиться на моем пути, но их навязчивое внимание сопровождает меня всю дорогу. Я слышу восхищенные шепотки, завистливые вздохи, ветер — уверена, что это шутка Шаояна, — приносит чье-то осуждающее ворчание.
— Думает, что раз она небожительница, то может смотреть на своего дядю сверху вниз?
— Едва от земли оторвалась, а такая высокомерная!
— Думай, о ком болтаешь. Тоже бессмертный?
Отвлекаться на них — только достоинство терять.
Сохранять элегантную неподвижность, стоя на узком лезвии меча, оказывается труднее, чем я ожидала. Как у небожителей получается? Если бы не Шаоян, я бы позорно навернулась и пропахала носом.
Его ладонь на талии успокаивает и волнует одновременно.
Мне неловко, но в то же время я хочу, чтобы полет длился и длился… Ощущать демона за спиной гораздо приятнее, чем встречаться с дядей, но впереди уже ворота.
Я оглядываюсь — слуги не отстали.
Остановив меч в трех шагах от створок, Шаоян придерживает меня, пока я не спускаюсь на землю, и лишь тогда ощущение его тепла пропадает.
— Хорошо проведите время, госпожа, — усмехается Шаоян.
— С прибытием, юная госпожа! — Калитка открывается, и ко мне выходит, если я правильно запомнила, одна из личных служанок госпожи Ланши.
Затылок обдает щекотным дуновением, и я вхожу на территорию поместья. Слуги проносят сундук, и привратник захлопывает створку. Я не оглядываюсь, хотя очень хочется.
— Не нужно церемоний, — вежливо улыбаюсь я.
Все равно служанка кланяется, а вот говорит она нечто неожиданное:
— Я провожу вас во двор «Расцветающей сакуры».
Название ни о чем мне не говорит, но это и не требуется. Оно слишком красноречиво — от него веет нежностью и женственностью. Не могу представить, чтобы дядя назвал подобным образом свой кабинет. Это двор тети, да?
Служанка смотрит на меня с притворным непониманием, я же пытаюсь сообразить, как выскользнуть из ловушки, в которую сама себя загнала своим нетерпением. Принести подарки около полудня тоже хорошо, но я стремилась избавиться от соглядатаев и в результате нарвалась на неприятность.
Мелочь, но все равно раздражает. Хотя я отделилась от семьи, я приняла помощь дяди и, собственно, продолжаю называть его дядей, а не господином Тан. Как младшая, я действительно должна навестить госпожу Ланши в ее дворе, но… сейчас время завтрака, время, когда дочери приходят к матери отдать дань уважения. И я окажусь вместе с ними.
Не хочу.
Дядя вернулся поздно. Конечно, он мог пойти к супруге, но…
— Накануне мне пришлось побеспокоить дядю. Как он себя чувствует?
— Юная госпожа очень внимательна. Господин в полном порядке, — заверяет служанка.
Но меня интересует не ответ, а повод.
— Я приготовила для дяди некоторые целебные травы, проводи меня к нему.
— Но… — Служанка теряется. — Господин приказал не беспокоить его.
— Естественно, я поприветствую дядю, когда он будет готов меня принять. В длительном ожидании нет ничего плохого. Может быть, ты хочешь, чтобы твой господин не получил трав? Я шучу. Скорее, отведи меня к дяде.
Сейчас в моих глазах вспыхивают иллюзорные искорки. Для человека, далекого от заклинательства, зрелище пугающее.
Служанка теряется, и этого хватает. Она поворачивает на другую дорожку, выдает направление, и, когда она спохватывается, уже поздно.
— Да, юная госпожа.