Злодейка полностью

Предательски защипало в глазах. У меня-то? Я, пытаясь скрыть разочарование, оттолкнула Ольвина и бросила его в зале. Я побежала в парк Одноликой Луны, чтобы привести мысли в порядок. Это что, наказание? Ольвин все шесть лет испытывал ко мне теплые, щемящие чувства. А тут вдруг, когда я надумала ответить ему взаимностью, он решил сменить цель с меня на Ане. Кошмарно. Это никак не могло произойти со мной. С моим Ольвином. С моим.

Вот Ане повезло. Наконец-то, она превратится из вечно ноющей в веселую. Мне тоже станет легче. А у меня и без того парней навалом. Хотя, я кажется, ее начинаю понимать. По кой дреяггх мне все остальные, если есть Ольвин. Он — все, чего я хочу. Благородный, воспитанный, умный, галантный, веселый, красивый, общительный, аккуратный, сильный, талантливый, обходительный, благородный… стоп. Кажется, я пошла по второму кругу.

Но не все же мне. С чего бы это? Мне — все, что я захочу. И почему я возжелала Ольвина именно тога, когда он проникся к Ане? Я порычала.

— Кто здесь? — из кустов испуганно выскочила парочка восьмикурсников.

— Брысь, — грозно шикнула я.

Парень с девчонкой ретировались так, что их след простыл.

Я только сейчас заметила, что утираю слезы, намочившие и насолившие мои щеки.

— Енина! — ненавистно-любимый голос. — Вот ты где. Не обращай на них внимания. Посмеялись и все. Забудут уже завтра. Подумаешь, упала. Я даже не представлял, что такое тебя может расстроить. Ну, утри слезы.

Он ласково провел по лицу, стирая теплые соленые дорожки.

Я хотела бы ему признаться в чувствах. Может, он тут же отвергнет Ане. Скажет мне, что ждал этого всю сознательную жизнь. Гордость не позволила мне сделать этого. Я утерла соленые реки и улыбнулась парню. Тот довольно ответил тем же.

— Поможешь мне? — спросил Ольвин.

— Чем же? — я истерично икнула.

— Уведи парня Анине. Тебе же это под силу. Как тогда с Базалем — парнем Герции.

Я невесело кивнула.

— Перфе фицие, — шепнула я, скрывая лицо под ладонями. Следы слез и всяких несовершенств скрылись под магией.

— Ты очень красивая, — лезвием по сердцу резанул Ольвин. — Как Ане.

Не будь Анине моей любимой сестрой, я бы ее возненавидела. Выдрала ей волосы к дреяггховой матери, расцарапала лицо, превратила бы в жабу, выбросила из окна общежития, разгромила комнату, откусила бы нос… это уже перебор. Но я люблю ее и поэтому потерплю. Луна Одноликая! Я и представить не могла, что она меня такжесильно любит. Она, конечно, спокойная. Но ее терпению иногда приходит конец. Тогда держи Аньку семеро… Теперь я ее поняла.

— Идем, — взяла я себя в руки.

Ане набирала себе в тарелку еду, ее кавалер, кажется Артур, влюбленно глядел на нее и что-то тараторил.

— Анька, — с напускной радостью крикнула я.

— Ена, — сестра улыбнулась мне. — Ольвин, — холод ее слов вызвал мурашки у всех собравшихся.

— Познакомишь нас? — я старательно откинула волосы с плеча.

— Не хотелось бы, — Анька прищурилась.

Я закусила губу и нежно посмотрела на Артура. Тот не почуял моей природной обворожительности, покосился на Ане и за локоть попытался уволочь ее от нашей странной компании. Ольвин же, как дурак, расплавился при виде сестры и тоже вмешался в разговор:

— Анине, можно пригласить тебя на танец?

— Меня? — поразилась сестрица.

— Ага, — расплывался в улыбке Ольвин.

— А Ена? — удивление Ане разрослось, на лице начала проявляться заинтересованная улыбка.

— У нее будет компания Артура.

Я нервно подмигнула Аньке.

— Да, — говорю, — я пока займу внимание твоего спутника.

Анине долго уговаривать не пришлось. Она вложила свою бледную ладошку в руку Ольвина и зарумянилась.

— Ищи себе другую, — злобно буркнула я Артуру. — Они любят друг друга. Ты — только отдушина.

Парень неверяще на меня уставился.

— Сам погляди, — не отрывая взгляда от уже целующихся Ольвина и Ане, сказала я.

Он бросился их разнимать. Я цепко ухватила его за локоть.

— Ну и чего ты собираешься добиться?

— Как она смеет? — гневно бросил мне Артур.

— Вы разве встречались?

— Нет, но…

— Вот и закрой свой рот. Не мешай вершиться счастью.

— Ты что-то тоже не выглядишь довольной.

— Не стану отрицать, — говорю.

— Нравится этот парень?

— Не твое дело, — грублю. Но все и так понятно.

— Так, может, нас свела судьба на общем горе? — елейно улыбнулся Артур.

— Так и есть, — я схватила его за руку и повела в нашу с Анине комнату.

Анька не ночевала у нас в общежитии. Не явилась и утром. Какие-то неприятные чувства разрывали меня изнутри. Мерзость от своего поступка. Я спихнула ногами Артура с кровати.

— Пошел отсюда, — кряхтя, бросила я проснувшемуся парню.

— Так все не понравилось? — спросонья спросил он.

— Так понравилось, что аж выпроваживаю, — грублю от злости и беспомощности.

— Ты тоже не королева, — обиженно отвечает.

— Сам себя-то уж не обманывай. Прими удар, как мужчина. И вали.

— Стерва конопатая.