Выписали меня только через два дня. Бинты сняли, обошлось без шрамов и прочих неприятностей. Я довольно пошевелила пальцами, затем расписалась в документах и только после этого, мне разрешили удалиться в жилой корпус.
Конечно, меня никто не встречал кроме Жоржетты, но она сопровождала меня и в палате, переместившись туда, как только я открыла глаза. Все были на учебе, в то время как мне дали освобождение минимум до завтра. Врач не увидел ни одного основания, чтобы откладывать мою тягу к знаниям. И так я выяснила, что пропустила ровно четыре учебных дня. За время моего заточения посетителей ко мне, кроме ректора, не пускали. Правда, пару раз я получила записки под дверь с подчерком Вельмы, приходило сообщение от Колетт, в котором она жаловалась, что у неё практически нет времени, чтобы найти себе симпатичного дракончика. Но про того дракона, которого урвала себя я, до сих пор ходят слухи. Наверное, речь шла про бедолагу, что помог с чемоданами. Записка приходила и от Сайфера. Красивый вензельный подчерк. Он желал мне скорейшего выздоровления, чтобы как можно быстрее продолжить то, что начал ранее. Вероятно, он действительно не терял надежды, что сможет затащить меня в постель. Вот упертый.
Келья встретила меня неприятной темнотой и спертым воздухом. Я тут же открыла окно, вызвала домового духа, чтобы он помог с уборкой. А ещё взглянула на себя в зеркало. Внезапный приступ, конечно, дал о себе знать. Под глазами залегли тени, в целом лицо осунулось. Выглядела я нормально, но могла бы и лучше. А ещё ужасно бурлило в животе от голода. В лазарете кормили из вон рук плохо. Каши и жидкие супчики, ну кто этим наесться?
Приняв душ и переодевшись, я отправилась в столовую на поиск еды. Конечно, там сейчас выбор небольшой, но всё лучше, чем и дальше терпеть пустоту в животе.
По расписанию стояли пары, и в столовой я не ожидала увидеть наплыва студентов, лишь прогульщиков, которых были единицы и то с младших курсов. За первые два курса даже самым нерадивым студентам прививали любовь к посещаемости, а тех, кто не понимал, отчисляли без жалости. Кстати, не странно, но факт: среди артефакторов прогульщиков никогда не было. Они — увлеченные своим делом ботаники, которые первыми приходили на занятия и последними освобождали кабинеты для практик и лаборатории. Лекари — тоже не спешили нарушать правила, если так случалось, то лишь потому, что проспали. Академия Розарда Белого и факультет Лекарского дела специализировались на работе с Темными Искажениями, именно поэтому он здесь и базировался: материал всегда под рукой. Ответственные лекари с утра до вечера сидели в учебниках и конспектах или пропадали на практике в лазарете, мне кажется, только у четверти из них не было синяков под глазами. А что касается нас? Мы всегда пытались играть не по правилам, но за два курса профессорам получалось объяснить, что здесь так не получится.
Сейчас же столовая была забита студентами в темно-песочной форме. Кто-то стоял в зоне раздачи, но большинство сидело за столиками, в том числе и тем, который я считала своим. Я старательно задумчиво выбирала еду, в надежде, что место скоро освободится. В животе урчало сильнее, и, в конце концов, не выдержав, я взяла суп, порцию мяса, и немного овощей, и отправилась за крайний свободный стол.
Получилось так, что я села лицом к драконам. Стулья с другого края растащила группа студентов, что собрались большой кучей. Им явно не хватало места, но они очень весело обсуждали что-то. Смеялись и периодически указывали пальцами на какой-то листок в центре. В целом, плевать. Главное — поесть быстрее, чем желудок начнет переваривать сам себя.
Конечно, мне бы польстило внимание драконов, но здесь не было зрителей, поэтому я просто наслаждалась вкусом куриного супа. Кто бы мог подумать! По сторонам особо не смотрела. Так, вскользь отметила, что драконы в основном рослые парни с лицами тронутыми загаром, среди них также были и девушки, но в гораздо меньшем соотношении. Девушки, к сожалению, практически все красотки: правильные черты лица, волосы у всех забраны в высокие хвосты, выразительные скулы. Радовало лишь одно: на фоне многих человеческих представительниц они смотрелись чуть массивнее. Без единой складки жира, и при этом, как я убедилась, довольно грациозные.
Я заметила, что на меня смотрят знакомые темные глаза. Недавнего провожатого я, конечно, узнала. Угораздило же меня сесть прямо напротив.
