Ал стоял возле кушетки, где лежала Аннис, попеременно наблюдая то за Шеном, то за тем, как дышит девушка. Все его мысли перемешались: совсем недавно он и не думал, что сможет вновь вернуться в орден, но вот он здесь, однако все, о чем может думать, только чтобы с Аннис и Шеном все было хорошо. Неважно, если его не будет рядом, если вскоре ему придется навсегда покинуть это место. Главное, что они хотя бы будут жить где-то под одним небом.
– Достаточно, – произнес Заг, вырвал бинты из рук Муана и кинул Шену. – Пока что плотно замотай, я обработаю, когда закончу с противоядием.
Он схватил емкость с кровью и вышел в другую комнату.
Шен перевел взгляд на толстый бинт, кончик которого, коснувшись раны, быстро окрашивался кровью. Поранена была левая рука, а правая все еще с трудом слушалась, но он хотел скрыть это от стоящего рядом виновника.
Ничего не говоря, Муан присел перед ним и принялся быстро заматывать бинтом его запястье. По старой привычке мечник хотел было спросить, как он себя чувствует, но решил, что этот вопрос ни к чему, и прислушался к их связи.
Мир перед глазами Шена кружился, то приобретая четкость, то снова расплываясь. Несмотря на комфортную температуру в помещении, его начинало чуть потряхивать от холода, а правая рука болела в районе локтя, и эта ноющая боль растекалась по всей руке.
– Я… не специально, – выдавил из себя мечник.
Шен перевел на него взгляд и только чуть дернул бровью. Это безразличное выражение уязвило, словно Муана обдали ледяной водой.
– Мог бы сказать мне! – возмущенно продолжил мечник.
Не говоря ни слова, Шен приподнял правую бровь, словно выражая немое недоумение.
– Ты это специально, да? Хочешь, чтобы я чувствовал себя виноватым?
Шен негромко рассмеялся и прикрыл глаза.
Муан продолжал вглядываться в его лицо. На губах Шена застыла легкая улыбка, вот только Муану не казалось, что он хоть чем-то доволен.
– Как там Аннис? – не открывая глаз, спросил Шен. – Проверь, все ли в порядке.
Еще несколько секунд вглядываясь в его лицо, Муан поднялся на ноги и отошел к кушетке, на которой лежала девушка. Склонившись над ней, он принялся вновь передавать ей духовную энергию. Ал внимательно следил за всем, что делает прославленный мечник.
Через какое-то время вернулся старейшина Заг, неся в руках пиалу с лекарством.
– Ну-ка, помогите мне, молодой человек, – скомандовал он.
Муан отошел в сторону, а Ал немного неуклюже приподнял голову Аннис. Лекарь поднес к ее губам пиалу и аккуратно влил в рот лекарство.
Шен с трудом поднялся на ноги и приблизился к кушетке.
– Ну что? Сколько ждать результата? Когда мы узнаем, что сыворотка подействовала?
Заг перевел на него хмурый взгляд.
– Ну и шутник же вы, проклятый старейшина! Конечно, я сразу же узнаю это по изменениям в ее пульсе. Отойдите все, ей нужно больше воздуха.
Разогнав их, Заг присел на край кушетки и приложил пальцы к запястью девушки. Шен, Муан и Ал напряженно наблюдали за лекарем со стороны.
– Ну вот и все, – спустя время произнес Заг.
Шена чуть удар не хватил, пока он дождался следующей фразы.
– Жить будет.
Старейшина пика Черного лотоса запрокинул голову и облегченно выдохнул.
– Знаете, в этом событии есть и полезная сторона, – чуть погодя заметил Заг. – Яд восьми тихих цветов создается из редких и крайне ядовитых ингредиентов, не все из которых даже мне известны. Вероятнее всего, и вам, и вашей ученице больше нестрашны обычные яды.
– Вот как… – слабо улыбнулся Шен и пошатнулся, с трудом справляясь с навалившейся усталостью.
Заг тут же подскочил к нему, поддержав под локоть.
– Присядь, я обработаю твою рану.
– Сама затянется…
Заг толкнул его обратно в кресло, а сам отошел к столу, разыскал среди десятков флаконов нужный и накапал его содержимое в пиалу.
– Вот, выпей. Это поможет быстрее восстановить силы. – Заг передал пиалу Шену. – Думаю, тебе тоже следует остаться на ночь в лечебнице. Все же твой организм не мог так быстро полностью избавиться от яда, и какое-то время тебе еще будет плохо. В таком ослабленном состоянии не стоит приближаться к Глубинной тьме.
– Нет! – резко возразил Шен.
– Шен, я думаю… – начал было Муан, собираясь уговаривать его не геройствовать и остаться в лечебнице.
«Если вдруг я потеряю сознание или просто не смогу контролировать свою защиту, Заг может увидеть, как сейчас выглядит мое золотое ядро. Я не смогу скрыть это от него!»
– Думаю, не стоит стеснять старейшину Зага. Твой пик такой просторный, можно хорошо отдохнуть, не приближаясь к Глубинной тьме.
– Что вы такое несете, старейшина Муан? – возмутился лекарь. – Я знаю, что вы всегда не особо ладили, но подобные предложения могут подвергнуть риску его жизнь! Если вам в целом плевать на жизнь старейшины Шена, то подумайте хотя бы обо всех нас!
– Да ладно вам преувеличивать, – отмахнулся Муан. – Вы поглядите, как он бодро выглядит. И щеки вон какие румяные!
Заг перевел взгляд на Шена, который сидел в кресле и снизу вверх глядел на двух препирающихся старейшин.
– Это, похоже, жар, – забеспокоился лекарь и положил ладонь ему на лоб. – Вас знобит?
