Шен припомнил фейри и злого духа, с которыми практически расправился в ледяных пещерах, превратив их в огоньки. Он совершенно забыл, что сунул их в карман, и понятия не имел, куда они с тех пор делись. На мгновение он испугался, что Элас отомстит ему за то, как он поступил с его сестрой, но затем успокоился. У зимнего короля была возможность сделать так, чтобы он вообще не проснулся, и даже Муан никак бы не помешал. Видимо, Элас рад своей сестре даже в качестве маленького огонька и считает обещание исполненным.
– Я думаю, что смогу найти сферу в течение пары дней. Если никто из фейри не покинет твой дворец.
– Они не уйдут, пока зимний бал не завершится. Вот только сфера была утеряна давно, скорее всего, она уничтожена. Легче создать новую, чем найти ту.
– А можно создать новую?
– Если бы мы могли это сделать, не тратили бы время на заклинателей, которых приходится каждый год уговаривать стать господином зимней стужи.
«Я буду просто игнорировать, сколько народу положил этот мой “друг” за прошедшие годы», – скрепя сердце подумал Шен.
Пока зимний король молчал, Тельг завершил свою историю, и заговорил Ти Ши Ни, частично подтвердивший события Того-самого бала – с той лишь разницей, что Ланнан на сферу толкнул именно Тельг и сам фейри никакой не убийца. Ко всем обвинениям Тельга было добавлено еще и клеветничество.
– Как ты собираешься искать сферу? – поинтересовался зимний король.
– Я ведь заклинатель, – одними глазами улыбнулся Шен. – Вытворю что-то заклинательское.
Шен сложил руки на груди, наблюдая, как Муан спускается со своего насеста-постамента. Он уже собирался усмехнуться и пошутить по поводу компоста, однако мечник, не глядя на него, прошел мимо. Шен метнул в его затылок раздраженный взгляд-молнию.
– Старейшина Тельг! – хозяин Проклятого пика подбежал к идущему за конвоем заклинателю.
Слова почти сорвались с его уст, но в последний момент Шен одернул себя. Что, если вытащить Ланнан из места, где она находится, не получится? Что, если он вновь что-то не так понял и на самом деле Ланнан – призрак? Обнадежить его на короткое время, чтобы потом обрушить в еще большее отчаяние?
– Вы правда не видели, куда делась сфера? – немного рассеянно спросил Шен.
– Далась всем эта сфера! – возмутился старейшина. – У меня тут трагедия, любовь всей жизни! А они заладили со своей сферой!
– И все же?
– Демоны бы вас всех побрали! – воскликнул Тельг и быстро пошел прочь.
– Тельг, не волнуйтесь! Вы не станете удобрением, я вас вытащу! – воскликнул ему вслед Шен.
Тот лишь передернул плечами.
– И почему он не сдох от удара мечом… – бормотал старейшина пика Таящегося ветра, удаляясь.
«А ведь и правда, почему он не сдох? – задумался Шен. – Ведь странно выходит, если предположить, что Тельг столько лет жаждал мести, а в назначенный час промахнулся. Не слышал, чтобы у фейри была неуязвимость к холодному оружию».
Шен почувствовал, что ответ где-то рядом, крутится вокруг, но ускользает, стоит попытаться ухватить его.
«И этот глупый Муан. Вместо того чтобы помогать мне в расследовании, дуется по углам. И было бы из-за чего! Я снова не вижу поводов для извинений. Чего он хочет? Может, я и выразился резковато, но он слишком эмоционально воспринял мои слова и перекрутил их. И я все еще не думаю, что он имеет право утаивать от меня воспоминания оригинального Шена!»
Система ничего не ответила, и Шен раздраженно выдохнул: даже не с кем поговорить.
Размышляя, Шен добрался до зимнего сада. Размышляя, помог Алу избавиться от разросшейся розы. Размышляя, пообедал. Пообщался с Ланнан, не переставая размышлять. И наконец, ближе к вечеру выстроил план по обретению заветной сферы. Чтобы претворить его в жизнь, следовало только дождаться второго слушания.
Впереди оставалось еще по меньшей мере шестнадцать часов. Шену казалось, что он дал старейшине пика Славы достаточно времени, чтобы осознать свои ошибки и прийти мириться. Однако Муан упорно дулся, пытался отгородить от него свои эмоции и не рассуждал «вслух». Что ж, хорошо. Пока он так занят рефлексией, Шен тоже найдет чем заняться. К примеру, составит план отвоевания статуэтки с воспоминаниями.
Сперва он снова решил пойти в лоб, но быстро осознал, что это ничего не даст. Муан-баран просто молча и непреклонно будет стоять на своем.
Все больше привлекала идея выкрасть воспоминания. Свои же собственные! Какой абсурд. И все же шансы на победу очевиднее. Шен поразмыслил и пришел к выводу, что Муан мог либо спрятать статуэтку где-то в своих покоях, либо носить ее с собой. Вероятность второго варианта была существенно больше, все же вряд ли Муан доверил бы воспоминания камню замка фейри: тут и у камней могли оказаться глаза и уши.
Предположим, Муан носит статуэтку с собой. В таком случае, когда ее удобнее всего умыкнуть? Правильно, когда он разденется и ляжет спать!
