– Почему ты не отправил Ала обратно? Разве не таков был наш уговор? Он здесь уже целых семь дней? Чем он питается?
Муан хмуро уставился на него, но мысли его все еще занимали слова фейри о том, что Шен собирался умереть и только потеря памяти удержала его от этого шага.
– Хм… Хорошо, начнем с твоего ученика, – вздохнул зимний король. – Да, у нас была договоренность, и мы подлатали его рану. Но оказалось, что он навел беспорядок в зимнем саду, и, пока не приведет все в изначальный вид, останется здесь. Чем питается? Не волнуйся, в еде ему не отказывают. Упреждая следующий вопрос: когда настанет время вернуть его в ваш мир, я не стану его здесь держать, и еда фейри не причинит ему вреда.
– Ладно, – такое положение вещей значительно успокоило Шена.
– Заклинатель рассказал тебе, что случилось с твоим ядром? – внезапно спросил зимний король.
– Нет. А он знает? – Шен удивленно посмотрел на Муана. – Кстати, куда делать зимняя стужа? Я ее совершенно не ощущаю. Ты забрал ее?
– Ты уничтожил ее. Мерцающая тьма внутри тебя победила стужу.
– Мерцающая тьма?
Зимний король пошел по коридору и поманил Шена за собой.
– Ее называют светлой тьмой или мерцающей тьмой. Я слышал, что это легендарное «гармоничное» ядро, смешение первооснов, которое мечтают сформировать все заклинатели.
Шен нахмурился.
– Я никогда об этом не слышал. – Он обернулся к Муану. – По-моему, я где-то когда-то читал или слышал, что в древние времена у заклинателей была идея формирования ядра из двух первоэлементов. Но они быстро отказались от этой затеи, потому что это оказалось невозможным.
– Может быть, это было давно, – легко согласился зимний король.
– Ладно, мне удалось. Вау. Похлопаем мне. Эта сила чем-то отличается от тьмы и света по отдельности?
– Тебе виднее. Я не заклинатель и не знаю, какие последствия для бессмертных несет формирование такого ядра. Однако одно могу сказать точно: не стоит вам распространяться на эту тему.
– А я хотел написать диссертацию, – расстроился Шен.
Элас не уловил иронии в его словах и продолжил:
– И еще тебе стоит знать, что эта энергия крайне привлекает всех наших существ. Думаю, даже другие заклинатели могут извлечь из нее выгоду, но для мистических созданий она просто сладкий плод.
– Неужели это чем-то отличается от того, что было с тьмой? – пробормотал Шен. – Я уже привык. Фейри на балу очевидно желали меня съесть.
– Если сравнивать с тьмой… Предположим, раньше ты был конфетой, которая очень аппетитно пахла, теперь ты питательный коктейль, способный из любого слабого духа сделать сильного демона. Разница колоссальна.
– Чего?!
«Где мои выгоды?! – взвыл он, обращаясь к Системе. – Я же гг!!»
[Выгоды тоже имеются, – отозвалась та. – Мерцающая тьма – сильная энергия, которая смогла противостоять зимней стуже и спасти вас. Этого уже хватает с лихвой. К тому же ваше ядро стабилизировалось и теперь не раздирается силами].
«Точно! – Шен украдкой посмотрел на ладонь своей правой руки, где черная звезда превратилась в белый шрам. – Что это значит? Я смогу сдерживать Глубинную тьму? Мое проклятие, оно… Почему мне кажется, что это белое пятно – это очень плохо?»
[Я не знаю].
Вслед за зимним королем Шен и Муан зашли в большую комнату, напоминающую рабочий кабинет. Заклинатели остановились на ковре, а зимний король обошел тяжелый стол и сдвинул в сторону картину, висящую на стене. За картиной оказалось тайное отделение. Фейри бережно достал что-то оттуда и обернулся. Шен увидел в его руках статуэтку в виде руки, держащей отражающий шар.
– Что это?
– Артефакт памяти.
– Там мои воспоминания?
– Да. Ты сказал, что там «последний день».
Шен поднял руку, чтобы дотронуться до шара, но Муан резко перехватил его запястье.
– Что ты собрался делать?
– Что? – Шен удивленно посмотрел на него. – Посмотреть.
– Ты не должен смотреть, – твердо сказал Муан.
– Разве я не должен разобраться со своей памятью и тем, чего не помню? Я словно блуждаю в потемках, и это шанс все прояснить.
– Разве узнать правду так сложно? Ты мог давно узнать у главы ордена! Но тот ведь не пожелал тебе говорить, да? Как думаешь – почему?
– Почему? Не знаю я почему. Потому что он желает все контролировать.
– Он просто не желает делать тебе больно! Не хочет возвращения того Шена, который отдал фейри эту руку с отражающим шаром и собирался умереть!
До Шена дошло, что Муан имеет в виду. Он беспокоился, что Шен не сможет выдержать правды, от которой бежал, стерев воспоминания. Но это ведь ложь, и для него эти события в шаре – чужое прошлое.
– Я оставлю это здесь, – произнес зимний король, которому надоело стоять с протянутой рукой.
Он поставил статуэтку на рабочий стол.
– Что ты предлагаешь, оставить ее здесь? – разозлился Шен, пытаясь вывернуть свою руку из захвата.
Муан внезапно разжал руку, и Шен отступил на шаг.
– Ты ведь все равно не успокоишься, пока не посмотришь, да? – злясь, произнес Муан.
– А ты как думаешь? Это мое право.
Муан резко метнулся к столу и схватил статуэтку.
– Отдай ее! – Шен не мог поверить, что ему нужно прыгать за ней, как за конфетой. – Да какого черта, Муан?! Она моя! Ты не имеешь права решать!
