Его чуть качнуло, но в целом он легко выдерживает этот удар. Недовольно рычит. Разворачивается и вновь надвигается. Я отбегаю. В лоб биться не буду. Пусть измотается хорошенько, глядишь, сам свалится. Но едва я готовлюсь ударить, как кто-то сзади толкает меня прямо на это чудище.
— Вот так тебе, сука блядская! — слышу знакомый писк тощего. Всё-таки зря сжалилась. Зря не придушила мерзавца!
Морально готовлюсь встретить мощный удар здоровяка, но вместо этого тот хватает за горло. Мощные пальцы давят, и я не могу дышать. На миг перед глазами возникает картина, как Фёдор точно также душил меня в нашем домике в Эдинбурге.
Я бью по запястьям. Тщетно.
— Убьёшь ведь, — обеспокоено кричит кто-то из зэков.
Впервые слышу мощный голос здоровяка. Он под стать его фактуре, могучий, богатырский:
— А мне похрену, что драть! Могу и труп! — Он разражается хохотом.
Из последних сил я умудряюсь врезать ногой. Не уверена, но, кажется, попадаю в пах. Здоровяк болезненно рычит, но хватка не слабеет. Перед глазами всё плывет, в ушах возникает давящий шум… «Ну вот и смерть…» — понимаю я, когда сознание наконец угасает…
Я — Фёдор
Утром мои компаньоны выволокли меня из номера с двумя кроватями: для меня и Лизы. Но спал я там один, так как она ночевала в номере Алексея. И я не сомневался: в его номере стояла только одна кровать.
— Позавтракаем и в путь, — сказал Алексей. — Ямщик клялся, что если припозднимся, как прошлым утром, то ждать нас никто не станет.
Он усмехнулся и закатил глаза, очевидно, вспоминая подробности предыдущей ночи. Её он также провел с Лизой.
Лиза захихикала, потом посмотрела на меня. Веселье на лице тотчас исчезло. Отломив кусочек хлеба, она грубо толкнула его в мой рот. Но тем утром голод я не ощущал, а потому челюсти отказывались работать.
— Ну давай, жри уже, — недовольно буркнула она. — Опять потом в дороге зубами застучишь!
— Лизанька! Где же ваши манеры? — усмехнулся Алексей. — Вы же знаете, правильно говорить не «жри», а «извольте пожрать, пожалуйста».
Он рассмеялся собственной шутке, а Лиза охотно поддержала его. Расхохоталась так, что уронила голову ему на грудь.
— Манерам обучена, — хмыкнула она. — Я пусть и мелкопоместная, но дворянского сословия. А с солдатами пообщаешься и не такого наберешься!
— Это точно, — согласился Алексей, затем кивнул в мою сторону. — А он, стало быть, боевой товарищ?
Она вновь покосилась в мою сторону. В последнее время она смотрела на меня лишь раздраженно и недовольно, ведь я ей обуза. Но в тот момент в глазах Лизы промелькнуло прежнее уважение и восхищение. Будто не была она мне нянькой, а вновь капитаном полка под моим командованием. В то время она не смела бы бросить такие слова, как «Жри уже!».
— Контуженный, — грустно пробормотала Лиза. — Прошу, не спрашивай о нем. Я просто должна отвезти его профессору Григорию Любимову.
— Тому самому, который исцелил бедолагу с дрезиной?
— Ему. — Лиза шутливо толкнула Алексея локтем. — А ты знаешь его?
— Нет, не имел такой чести.
— И я нет, — досадливо призналась Лиза. — Но ничего, разыщу. Не так уж и велик тот город.
— Я помогу. — В голосе Алексея отчётливо слышались нежные нотки. Через мгновение руки Лизы оказались заключены в его ладони.
Кусочек хлеба, так ни разу не тронутый зубами, вывалился из моего рта, когда в таверну вошел старик.
Он огляделся. Затем, оперевшись о трость с зачехленным набалдашником, поправил взъерошенные седые волосы и очки с чрезвычайно толстыми линзами.
Мои компаньоны могли не знать профессора Любимова, но я-то был знаком с ним, пусть и мельком. Сразу узнал его. Уж слишком эксцентрическая внешность у этого, без преувеличения, гения.
«Григорий! Григорий Любимов!» — хотел я выкрикнуть.
Сквозь жгучую боль звук вырвался из моей гортани. Но едва ли там можно было различить хоть какие-то слова.
— Чего это он? — с подозрением спросил Алексей. — Почему рычит?
— Бывает у него такое, — отмахнулась Лиза.
— Звучит демонически.
Лиза промолчала, но одарила меня новой порцией возмущения.
«Олухи! Какие же вы олухи!» — хотелось накричать на них. — «Не нужен никакой Екатеринбург! Вот же наш профессор на блюдечке с золотой каемочкой!».
Я рванул в надежде подняться. И — о чудо — оказался на ногах, пусть и полыхнуло тело, как от жаркого пламени.
— Эй, ты куда? — рявкнула Лиза.
Но я не слушал. Надо добраться до профессора. Как-то обратить внимание. Лишь бы он узнал меня.
Я дернулся, и тело двинулось в направлении стойки, где находился профессор, очевидно собираясь заказать еду и питье. Я мог бы порадоваться, но непослушные ноги, сделав пару шагов, запутались, и я растянулся по уже знакомому мне полу таверны.
— Вот ведь сукин сын! — Лиза ухватилась за моё плечо. Рывком потащила вверх.
Алексей тоже подскочил помочь ей. Но главное, что шум привлек внимание профессора. Тот повернулся к нам и уставился на меня.
«Ну же! Узнал?» — мысленно заорал я, не смея пытаться заговорить вслух.