– Госпожа мастер, – торопливо начал он, – простите, что беспокою Вас, но у жрецов из храма дами возникли какие-то вопросы к мастеру символов.
Натин посмотрела на жрецов взглядом абсолютного безразличия. Не уверен, что смогу скопировать подобный взгляд, тут надо долго тренироваться.
– Какие вопросы у храма к гильдии Серебряной луны? – спросила она.
Дами, скорее всего, не ожидали, что вопрос коснётся гильдии наёмных убийц, поэтому в их поведении проскользнула неуверенность, что не укрылось от Натин. Я уже догадался, что они хотят, и подготовил два десятка оправданий, но ни одно из них не понадобится.
– Не к гильдии, – сказала женщина. – К мастеру символов.
Выглядела дами лет на сорок, белая радужка глаз, лицо самое обычное. Светлое платье жрицы можно было легко узнать, как и специфическую серую накидку с просторными рукавами. Чёрный поясок расшит золотыми нитями, указывая на высокое положение жрицы, на шее золотая цепочка с кулоном, выставленная напоказ. Мужчина рядом с ней выглядел странно. Белые одеяния, серая накидка, как и у жрицы, только немного обрезанная. Чёрный поясок, без золотых нитей.
– Задавайте свои вопросы, – позволила им Натин, делая очень высокомерный жест ладонью. Будь здесь кто-нибудь из старших жриц храма, они бы обиделись.
– Изучение и использование символов находится в ведении храма дами, – сказала женщина. – До Ичжу дошли слухи, что на юге появился мастер, продающий символы всем желающим за тридцать золотых монет.
– И что же хотят жрицы храма? – спросила Натин. – Тоже получить эти символы? Приходите завтра с золотом и учтите, скидок я не делаю.
– Ты слишком наглая, женщина, – вставил мужчина.
– Верните храму всё, что заработали, собирайтесь и езжайте в столицу, – сурово произнесла жрица. – Там решат, что с вами делать. Иначе наместник императора будет вершить закон.
В помещении повисла тишина. Стражники смотрели то на Натин, то на дами, прикидывая, справятся ли они с двумя демонами из гильдии Серебряной луны. Похоже, их об этом не предупреждали. Рах даже не пытался скрывать, что не будет хорошо себя вести, картинным жестом откинув полы накидки и демонстрируя шесть летающих ножей в петлях на поясе. Старшая жрица дами могла бы дать ему отпор, но не обычная городская стража, которая хорошо умела гонять по улицам бедняков и попрошаек.
– Скажи им, что если они представляют волю храма, то пусть покажут силу голоса, – сказал я на языке наёмников.
Натин посмотрела на меня холодно, резко взмахнула рукой, как бы говоря, чтобы не лез в разговор. Повернувшись к дами, она снова обожгла их взглядом.
– Если вы представляете волю храма, покажите нам силу голоса дами, – холодно попросила Натин.
На лестнице появился Кан, удивлённый происходящим в холле. Он обратил внимание на позу Раха, но демонстрировать оружие не было смысла, оно зависло в воздухе над ним, угрожающе направленное на дами и городскую стражу. Мне показалось, что каждый нож уже нашёл свою цель и только ждёт команду, чтобы оборвать их жизнь. Дами это тоже заметили, немного занервничав. Жрица откашлялась, вышла вперёд.
– Весенний пруд пред храмом, – произнесла она на языке дами, – и белые кувшинки.
Пространство вокруг слегка завибрировало, как будто на низких частотах заработала колонка. Наёмники и стража слегка напряглись, так как все знали, что бывает, когда звучит голос дами.
Не ожидал услышать ключевые слова первой из молитв, которым учили послушниц в храме. Любой дами, имеющий на спине нужный символ, мог заставить дрожать пространство, стоило ему произнести простые на первый взгляд слова. Всего молитв было шесть, и четыре из них я когда-то мог прочитать. Старшие жрицы в храме могли прочесть только три, а Беата умудрилась осилить их все. Чтобы понять, насколько это сложно, надо сказать, что при чтении третьей молитвы все разумные существа вокруг испытывали невыносимую боль, а при четвёртой открывалось кровотечение из глаз и ушей. Если читать её достаточно долго, слабые демоны падали замертво. О пятой и шестой я сказать ничего не могу, так как не слышал их лично, а Беата не любила об этом рассказывать.
– Ещё раз предлагаю отдать всё заработанное незаконным путём золото и отправиться в главный храм, где будет решена ваша судьба, – сказала женщина, вырвав меня из размышлений.
– Золото хотите? – спросил я, на общем языке, чтобы понимали все. – Но вы ведь не показали силу голоса. Чтобы получить одеяние старшей жрицы, которое ты носишь, нужно свободно читать третью молитву. Продемонстрируйте её, тогда поговорим и о золоте, и о храме.
– Того, что я показала – достаточно, – она пыталась говорить властно, но до старших жриц ей было далеко. – Никто не вправе ничего требовать от храма.
– Думаю, что ты когда-то давно была послушницей, но сбежала, или тебя просто выгнали, – продолжил я. – Поэтому ты должна знать, насколько старшие высокомерны. А ещё они любят читать третью молитву, стоит только попросить и ни одна не откажет. Вижу по лицу, что знаешь, почему так. Молитва причиняет боль всем, кто её слышит.
