Айсберг, с которым «Титаник» столкнулся 15 апреля 1912 года, не был виновником катастрофы. В то время года он имел полное право находиться там, где находился. И тумана вокруг тоже не наблюдалось; ночь выдалась ясной, хоть и безлунной. Капитан Эдвард Смит был опытным моряком – но за ним водились и огрехи. Всего за семь месяцев ранее именно под его командованием лайнер «Олимпик», собрат «Титаника», столкнулся с британским военным кораблем «Хоук» (HMS Hawke). Когда на «Титанике» Смиту сообщили о том, что впереди сплошной лед, он не стал сбавлять скорость. (Часто уверяют, что на Смита давили владельцы лайнера, представители компании «Уайт Стар Лайн», требуя установить новый рекорд перехода в Нью-Йорк. Но это неправда: максимальная скорость «Титаника» на полном ходу уступала рекордной скорости в 23,7 узла, которую развила в 1907 году «Мавритания», принадлежавшая компании «Кунард Лайн», а средняя скорость «Титаника» до столкновения составляла всего 18 узлов.) В ответе за крушение был и Джон «Джек» Филлипс, старший радист корабля: по слухам, он гораздо внимательнее относился к отправке личных сообщений от богатых пассажиров, таких как Мадлен Астор, чем к поступающим предупреждениям об айсбергах. Фредерик Флит, дозорный, заметил айсберг с пятисот ярдов (ок. 457 м), но в бинокль он увидел бы его и с тысячи ярдов (если бы было известно, где найти этот бинокль). И именно поэтому у первого помощника капитана, Уильяма Мёрдока, который управлял кораблем в критический момент, оставалось всего лишь тридцать семь секунд (а скорее всего, вполовину меньше) на то, чтобы принять решение[934]. Услышав: «Айсберг прямо по курсу!» – или, возможно, увидев его своими глазами, – Мёрдок дал рулевому приказ: «Право на борт!», а машинному отделению велел остановить двигатели. И не сказать, будто эта мера была неверной, но у нее, вероятно, оказались непреднамеренные последствия: правый борт «Титаника» соприкасался с айсбергом дольше, чем если бы Мёрдок на всех порах попытался обойти преграду или просто протаранить ее. Именно из-за этих активных ошибок «Титаник» и врезался в айсберг. Если бы несколько мужчин поступили бы иначе в те несколько кратких секунд, «Титаник» волновал бы нас не больше, чем его давно забытый брат «Олимпик». Но почему же после столкновения «Титаник» так быстро затонул? И почему погибло так много людей – две трети тех, кто был на борту? Ответ на этот вопрос – в двух скрытых ошибках.
Во-первых, все три корабля класса «Олимпик» располагали шестнадцатью водонепроницаемыми отсеками. Эти отсеки разграничивались переборками, оснащенными герметичными дверями с электроприводом. Двери можно было открывать и закрывать одну за другой или все вместе с помощью переключателя на мостике. Если в корабле появлялась дыра, экипаж мог просто закрыть двери, послав электрический сигнал, и удержать воду в поврежденном отсеке. Именно эта система вдохновила журнал The Shipbuilder («Кораблестроитель») назвать «Титаник» «практически непотопляемым»[935]. Но пусть даже отдельные отсеки и не пропускали воду, переборки, отделявшие их друг от друга, возвышались над ватерлинией всего на несколько футов, и вода могла перетечь из одного отсека в другой, если корабль начинал крениться или зарываться носом[936]. Томас Эндрюс, ответственный инженер-кораблестроитель, был на борту в тот момент, когда лайнер столкнулся с айсбергом. Стоило ему только взглянуть на повреждения вместе с капитаном Смитом, как он осознал допущенную ошибку и предсказал, что корабль уйдет под воду через полтора часа[937]. Удар произошел в 23:40, но «Титаник» продержался до 02:20, – он тонул намного медленнее, чем третий «брат», «Британник», в 1916 году исчезнувший в волнах Эгейского моря всего спустя пятьдесят пять минут после того, как подорвался на немецкой мине.
