Она закрыла очередную коробку и поставила ее на прежнее место, потом прошла дальше, рассматривая расцарапанную мебель, старые детские стульчики, старомодные весы для новорожденных, чудесную старинную пишущую машинку, за которую на e-Bay[26] наверняка можно было бы получить хорошие деньги. Она все время чихала, футболка приклеилась к ее спине, а глаза чесались. Эмма уже собралась бросить это занятие, когда ее взгляд остановился на коробке, которая незаметно пряталась под скатом крыши позади выложенного из камня камина. Имени, которое было написано сбоку аккуратными прописными буквами, она никогда не слышала, и это вызвало в ней любопытство. Она присела на корточки, что в ее состоянии было не совсем просто, вытащила коробку и открыла ее. В отличие от коробки Флориана, в которую аккуратно были уложены воспоминания его детства, эта коробка выглядела так, будто кто-то небрежно запихнул в нее все ее содержимое – книги, тетради, рисунки, куклу, мягкие игрушки, фотографии, документы, одежду, поэтический альбом в цветочек с замком, красную шапочку. Эмма вынула коробку из-под обуви, открыла ее и увидела черно-белую фотографию с белой кромкой, как это делали в шестидесятые годы. Ее сердце замерло и забилось в бешеном стаккато[27]. На фотографии была изображена улыбающаяся Рената с двумя светловолосыми маленькими детьми на коленях. На переднем плане – два пирога, в каждом из которых было по две свечки. Эмма перевернула фотографию. Ее пальцы дрожали.
Вернувшись в контору, Пия уселась за письменный стол и, включив компьютер, ввела в поисковик
Из больницы не было никаких новостей, Ханна Херцманн все еще не была в состоянии отвечать на вопросы полиции, Килиан Ротемунд не появлялся, а на почтамте так никто и не забирал почту из абонентского ящика Принцлера.
Так как у Пии не было ничего более важного, она стала рыться во всех доступных социальных сетях, но Вольфганг Матерн не фигурировал ни в XING, ни в Facebook, ни в сети «Кто кого знает».
– Тебе не приходит в голову еще что-нибудь, где я могу найти информацию об этом человеке? – спросила Пия своего коллегу.
– LinkedIn, 123people, yasni, cylex, firma24.de, – перечислил Кай, не отрываясь от монитора.
– Я все это уже проверила. – Пия откинулась назад и смиренно скрестила руки за головой. – Черт возьми, этот тип был моей последней надеждой. Здесь тоже все довольно сложно. Кто-то ведь должен знать, чем в последнее время занималась Ханна Херцманн! Иначе просто быть не может!
– Ты уже проверила ее дочь?
– Да, естественно, но о ней тоже почти ничего нет в Интернете.
– Посмотри сайт Stayfriends, – предложил Кай и поднял глаза. – Боже, я проголодался как медведь. У тебя ничего нет?
– Нет. Ты съел мой последний пакет чипсов. Сходи купи чего-нибудь, пока у тебя не испортилось настроение. – Пия опять положила руки на клавиатуру и ввела адрес вебсайта Stayfriends, который отметила для себя как площадку для поиска друзей.
– Шаурму или бургер? – Кай поднялся со стула.
– Шаурму. Очень острую, с двойной порцией мяса и овечьим сыром, – ответила Пия. – Я так и знала.
– Что?
– Я знала, что с этим Вольфгангом Матерном что-то не так! – Пия торжествующе усмехнулась и ткнула пальцем в свой монитор. – Он действительно зарегистрирован на сайте Stayfriends, как и Ханна Херцманн. Представь себе, оба учились даже в одной и той же школе! При этом он спокойно заявил, что лишь поверхностно знает Ханну! Почему он это сделал?
