– Потому что он боится быть втянутым в какую-нибудь историю, – предположил Кай. – Я скоро вернусь.
Пия погрузилась в изучение сайта, кликнула профили Ханны Херцманн и Вольфганга Матерна, а также общую фотографию одиннадцатого класса выпуска 1982 года частной гимназии Кёнигсхофен в Нидерхаузене. Так как она не имела «золотого членства», то не узнала ничего существенного, но это не имело значения: связь была установлена. Вольфганг Матерн солгал Боденштайну. Он знал Ханну Херцманн давно и значительно лучше, чем утверждал. Более того, они с Ханной вместе учились в Университете Людвига-Максимилиана в Мюнхене, и оба являлись членами одного и того же Общества выпускников. Следующие полтора часа Пия занималась тем, что изучала фотографии Ханны Херцманн в Интернете, которых там, как назло, было великое множество. Она доела остывшую за это время шаурму, когда наконец нашла то, что искала. Это была фотография 1998 года, которая была опубликована в одном иллюстрированном журнале. На ней была изображена сияющая Ханна в подвенечном платье со своим вторым или третьим мужем. С другой стороны – Вольфганг Матерн, перед ним Майке – угрюмый полноватый подросток. «
– Ха! – воскликнула Пия, кликнула по фотографии и дала команду печати. Ей было чрезвычайно интересно, как это объяснит директор программы «Антенне Про». С еще теплой распечаткой она пошла в кабинет Боденштайна и чуть не столкнулась с ним в дверях.
– Смотри-ка, что я… – начала она, но Боденштайн не дал ей договорить.
– Мотороллер Килиана Ротемунда обнаружен и конфискован на Главном вокзале, – перебил он ее не очень вежливо. – И один свидетель опознал Ротемунда: он сегодня утром в 10.44 сел в ICE[28] до Амстердама! Я уже говорил с голландскими коллегами, они ждут его. Поезд прибывает в 17.22. Если все пойдет нормально, через пару часов он будет в наших руках.
Майке открыла все окна в квартире, чтобы устроить сквозняк, потому что она обливалась потом, несмотря на то что была в одних трусиках и бюстгальтере. В конторе никто не заметил, что она забрала компьютер Ханны, даже суперхитрой блондинистой полицейской фурии это не пришло в голову! Теперь, начиная с сегодняшнего утра, у нее была масса времени, так как работы больше не было. Ирина и Ян будут пока удерживать позицию, все остальные ушли в отпуск до тех пор, пока не станет ясно, будет ли Ханна вновь в состоянии появиться перед телекамерой. «Антенне Про» проявила себя достаточно корректно – вместо того чтобы занять отведенное программе время новыми выпусками, они крутили повторы программы «В поисках истины».
День накануне был одним из лучших в жизни Майке: завтрак на великолепной вилле в Оберурзеле, обед в замке Шварценштайн в Райнгау, поездка в открытом «Астон-Мартине», вечером шампанское на террасе «Франкфуртер Хоф» с видом на освещенные небоскребы банков – такого в жизни Майке не было еще никогда. Она замечала любопытные взгляды людей и думала о том, что ее и Вольфганга, наверное, принимали за пару. Разница в возрасте более чем в двадцать лет не была чем-то необычным, спутниками жизни многих женщин были мужчины и значительно более старшего возраста. Вольфганг был ее крестным, она знала его с тех пор, как научилась думать, и никогда не воспринимала его как мужчину. До сегодняшнего дня. Неожиданно она заметила, какие у него красивые руки и какой от него исходит приятный запах. Ей приходилось заставлять себя не смотреть пристально на его рот и на его руки, но мысль о том, как это было бы прекрасно – его целовать и с ним спать, больше не оставляла ее. Она еще ни разу не была по-настоящему влюблена, и тем более у нее не было постоянного друга, а несколькими эпизодами ее общения с противоположным полом она не могла гордиться. Вчера она поняла, как прекрасно кому-то принадлежать. Вольфганг был так внимателен и обаятелен: он придерживал ей дверь автомобиля, отодвигал стул, слушал ее, клал руку ей на плечи.
Полночи она лежала без сна и анализировала каждое слово, сказанное ей Вольфгангом. Он обещал ей в будущем место в «Антенне Про», хотя она еще не закончила учебу, но он считал, что она идеально подходит на эту должность, так как уже имеет достаточно опыта в работе на телевизионном канале. Почему он это сделал? Потому что она была дочерью Ханны? Если она правильно рассуждала, то он не предпринял и не сказал ничего, что могло бы говорить о его влюбленности. Он был всего лишь любезен с ней. Эйфорическое ощущение счастья, в котором она пребывала целый день, сменилось разочарованием. Едва лишь мужчина проявил по отношению к ней какие-то симпатии, у нее начали бешено играть гормоны. Что за неумение справиться с собой!
