«Наконец-то», – подумал он и глубоко вздохнул. Он ждал этого очень долго.
Раньше пятница была ее любимым днем недели. Михаэла всегда ждала второй половины дня пятницы, потому что должна была идти в конюшню на вольтижировку. Но вот уже две недели она там не была. В прошлый раз она сослалась на то, что у нее болит живот, и это не было ложью. Сегодня она сказала маме, что плохо себя чувствует, и тоже не солгала. Еще в школе ее тошнило, а во время обеда она едва проглотила кусок, как у нее поднялась рвота. Братья и сестры после обеда сразу исчезли. Сегодня начались осенние каникулы, а вместе с ними и поездка в индейский палаточный лагерь, которую она так долго ждала. На поляне в лесу они должны разбить индейские палатки, а вечерами сидеть у костра, жарить колбаски и петь песни.
Михаэла легла в постель, прикрыла дверь и прислушалась к звукам в доме.
Зазвонил телефон, она вскочила, словно от удара током, и выскочила из комнаты, но было поздно. Мама уже взяла трубку внизу.
«…лежит в постели… была рвота… Тоже не знаю, что с ней такое… да… гм… да. Спасибо, что сказали. Да, конечно. Это ерунда. Иногда у нее рождаются такие фантазии, что мы с мужем чувствуем себя беспомощными… Да. Да, спасибо. На следующей неделе она наверняка придет. Конюшня – это для нее все».
Она стояла у лестницы, ее сердце бешено колотилось, и от страха кружилась голова. Это, должно быть, звонила Габи и спрашивала о ней! Что она сказала маме? Она быстро побежала в свою комнату и натянула на голову одеяло. Ничего не происходило. Шли минуты, превращаясь в часы. За окнами смеркалось.
Сейчас другие занимаются вольтижировкой на Астериксе! Как бы ей хотелось быть сейчас там! Михаэла прижалась лицом к подушке и зарыдала. Вернулся с работы папа. Она слышала, как они разговаривали внизу. Вдруг дверь открылась. Вспыхнул свет, и с нее сорвали одеяло.
– Что за глупости ты рассказала этой Габи? – голос отца был полон гнева. У нее пересохло во рту, сердце от страха колотилось так, что она чувствовала его удары у самого горла. – Говори же! Что за лживые сказки ты опять рассказывала?
Она проглотила слюну. Почему она только не сдержала слово? Габи ее выдала. Может быть, она тоже испугалась волков?
