– Там что… написано моё имя? – спросил он.
Я улыбнулась, довольная, что он сумел прочитать.
– Ты полноправный участник расследования.
Он показал на рисунок сбоку.
– И Скелет!
– Ну а без него никак!
Скелет поднял голову и завилял хвостом.
– Я хоть веду себя прилично, – возмущённо заявил Оливер, сложив руки на груди, хотя на лице было написано удовольствие.
– Это спорный вопрос, – ответила я. – Ну, что скажешь? Будем работать вместе?
Я протянула ему руку, и он несколько секунд её рассматривал.
– Конечно, – ответил он, с восторгом отвечая рукопожатием.
– А не отпраздновать ли нам, сыскному бюро, первую победу? – спросила я. – Говорят, Мэдди испекла пироги с мясом.
Скелет навострил уши, бросив тапку.
– Согласен, – гордо сказал Оливер, почёсывая Скелета за ушами.
Мы расположились на холме, расстелив одеяло на солнечной лужайке, где между могил распустились маргаритки и нарциссы. Я утащила несколько пирожков, пока их не уничтожил Томас, и в придачу варёные яйца со свежеиспечённым хлебом, а мама даже купила имбирный лимонад.
Скелет катался по траве, уже покрытой семенами. Я чувствовала, как радовались нам вокруг духи – всё это было знакомо и напоминало о том, что я дома. Интересно, слышал ли их Оливер?
На ветках раздавались птичьи трели, дул лёгкий ветерок. Я закуталась в шаль и радостно слушала шипение, подцепив крышку бутылки плоским камешком.
– За наш успех!
– За успех, – отозвался Оливер, и мы чокнулись.
Я улыбалась освежающему напитку, щипавшему язык.
Оливер оглядывал кладбище вокруг, ожидая, когда шипучка осядет.
– Интересно, будут ли обо мне помнить? – тихо сказал он.
– Что ты имеешь в виду?
Он пожал плечами.
– Желание леди Афины. Чтобы о ней помнили. А мистер Кэмпбелл помогал ей, чтобы оно сбылось.
Я вздохнула.
– Наверное, ты прав.
Конечно, её мотивы были вполне понятны, хотя я бы не стала так поступать.
Оливер погладил рукой траву.
– Только твой отец хотел меня похоронить, как положено, когда я… ну ты поняла. Таких, как я, не хоронят по всем обычаям.
Он был прав. Можно вносить пенни в неделю на будущие похороны, но если у тебя и их нет?
– Всё это неправильно, – твёрдо заявила я. – К каждому нужно относиться с уважением и поставить достойный памятник. И необязательно только к богатым и знаменитым.
Я вспомнила слова отца в тот день, когда мы рассматривали могилу капитана: «А бывают люди, благородные, как короли, однако место их упокоения ничто не украшает».
Веря в это, отец отдавал больше, чем мог себе позволить, помогая другим, чтобы их помнили.
– Вот если бы весь мир был таким, – грустно заметил Оливер.
Скелет тут же подлез к нему под руку и стал ластиться. Он всегда чувствовал, когда у кого-нибудь портилось настроение.
– Хорошо бы, – согласилась я. – Ну а кто ещё может это сделать, если не мы?
Я глотнула лимонада и оглядела могилы.
Наше кладбище было самым старым в городе, его открыли ещё в начале века, и многие надгробия покосились, были разбиты, выцвели и заросли лишайником.
– Посмотри на этого беднягу, – я показала на резной крест перед нами. Фасад памятника осыпался, и осталось только имя – Джон. – Величественное надгробие, но кто его помнит? А что будет через несколько лет? Сохранится ли имя или и оно канет в вечность? Может, ни о ком из нас не будут помнить вечно.
Оливер со вздохом кивнул, отряхивая семена с шерсти Скелета.
А ещё папа однажды сказал, что кладбище – уникальное место. Там мы хотим сказать миру: «Я жил на земле. Меня уважали».
– Но мы-то здесь, – продолжила я. – Теперь многое зависит от нас. Потом о нас не вспомнят, однако мы верим, что можем изменить ход истории.
Я почувствовала прилив гордости.
– Мы команда. Мы остановим других убийц, негодяев и мошенников. Мы спасём жизни!
Оливер расплылся в улыбке.
– Думаешь?
– Во всяком случае, попытаемся. А это дорогого стоит.
– Тогда выпьем и за это, – он поднял бутылку, мы чокнулись, и пузырьки зашипели.
Закончив праздновать, мы неохотно пошли обратно через кладбище.
Оливер должен был помогать отцу, а я решила, что буду сидеть и ждать, вдруг кто-то заинтересуется объявлением.
Скелет неожиданно свернул с дорожки, и я поняла, что мы идём мимо могилы отца мисс Ли.
Эту могилу я приметила, когда надгробие только устанавливали – оно было необычной формы: высокое и тонкое, с закруглённым верхом. На нём были китайские иероглифы. Могила ещё не заросла травой. Сейчас там появилось что-то ещё, и Скелет его обнюхивал. У надгробия на земле что-то блестело.
Я подошла взглянуть.
– Неужели?..
И вздрогнула.
На могиле, куда его когда-то бросили, лежал золотой амулет в форме замочка. Мисс Ли наконец освободилась от отцовского наследства.
– Чтоб мне провалиться! – сказал Оливер. – Представь, вот так взять и выбросить!
Он подошёл поближе.
Я положила руку ему на плечо.
– Давай оставим как есть. Это важно. А если кто возьмёт, то, может, ему очень нужно.
Кроме того, я ощущала слабое раздражение, исходившее от этого места: кто-то был очень недоволен. Я тихо засмеялась. Он больше не распоряжается жизнями дочерей.
Когда мы дошли до дома, я услышала голос отца:
– Вайолет!
