Сыщица не стала тратить попусту времени, спустилась вниз, открыла гараж соседа ключом, который ей любезно выдал сам хозяин Иван Абрамович, вывела из него своего железного коня, которого назвала в честь жеребца Александра Македонского Буцефалом, забралась на него и выехала со двора.
– Опять Карлсоновна куда-то поскакала, – сказала одна стоящая возле детской площадки соседка другой.
– И не говори, Егоровна, – ответила ей подруга, – и откуда только силы в её-то возрасте берутся?
– Так у неё вон молодой дружок есть, – засмеялась первая, – от него и заряжается.
– Типун тебе на язык, Егоровна, – осуждающе покачала головой вторая. – Это же внук её несостоявшегося жениха.
– Откуда ты знаешь?
– Я в этом дворе сто лет живу! И всё про всех знаю!
– Для ста лет ты хорошо сохранилась, – засмеялась Егоровна. Но, увидев сведённые на переносице брови подруги, поспешила сказать: – Пошутила я! Ничего плохого я про твою Карлсоновну не думаю.
– Вот и нечего языком попусту молотить.
– Так ты сама спросила, откуда у неё силы!
– Ну спросила!
– А я знаю! Может, она по ночам рога пилит, настойку из них делает, а потом её пьёт. Вот и гоняет на мотоцикле, как ненормальная.
Подруга махнула на неё рукой, выдернула из песочницы, как морковку с грядки, своего внука и потащила его к подъезду.
Недовольный карапуз собрался было зареветь, но бабушка его тотчас утешила:
– Бабушка Вовочке кое-что вкусненькое приготовила.
– Что вкусненькое? – тотчас заинтересовался малыш, забыв о своём намерении заплакать.
– А вот сейчас придём, умоемся, и ты всё увидишь!
– А машинку ты мне купишь? – решил ребёнок ковать железо, пока горячо.
– Обязательно! – заверила его бабушка.
– А когда?
– Как только пенсию получу.
– А ты не обманешь?
– Вовочка! Разве я тебя когда-нибудь обманывала?
Немного подумав, мальчик сказал: «Нет», – и уже сам вприпрыжку побежал к подъезду. Бабушка Соня действительно его никогда не обманывала.
Тем временем опомнившаяся соседка крикнула ей вдогонку:
– Ну чего ты закипела-то?! Я имела в виду рога маралов! Вон по телику в «Вестях» показывали, какие они полезные.
Егоровна, увлекаемая внуком, ничего ей не ответила.
Въехав во двор дома, в котором жили Суздальцевы, Андриана Карлсоновна увидела парковку, плотно забитую машинами. Сыщица сморщила нос, но потом заметила небольшое расстояние между двумя дорогущими иномарками и недолго думая втиснула на это место своего Буцефала. И шепнув ему: «Подожди меня здесь», быстрым шагом направилась к подъезду и набрала на домофоне номер квартиры Суздальцевых. Приветливый голос спросил:
– Вы кто?
– Андриана Карлсоновна Шведова-Коваль…
– Да, да, – перебили её, – я поняла, заходите.
Дверь начала открываться, и Андриана, не дожидаясь, когда она откроется полностью, как мышь проскользнула в эту щель. Она легко, как девочка, вбежала на нужный этаж и увидела, что дверь квартиры уже открыта. Но на пороге стояла не Анна Суздальцева.
– Простите… – пробормотала Андриана Карлсоновна.
– Я вас удивила? – грустно улыбнулась женщина. – Я Ирина Михайловна Суздальцева, мама Ани. Проходите, Анечка уже ждёт на кухне. Она как раз пирожки с капустой из духовки достаёт.
– Спасибо, – сказала Андриана.
– Вы можете не разуваться, – сказала ей хозяйка квартиры. Но Андриана, забывшая положить в сумку новую упаковку бахил, уже стащила полукроссовки. – Тогда я дам вам тапочки, – заторопилась Суздальцева.
– Не надо, – вежливо улыбнулась сыщица, – пусть ноги отдохнут. У вас полы чистые, и носки у меня плотные.
– Воля ваша, – развела руками хозяйка.
Андриана Карлсоновна уже учуяла соблазнительный аромат пирожков с капустой и яйцами и, держа нос, как говорится, по ветру, устремилась вперёд. Вскоре она уже влетела на кухню, опередив старшую Суздальцеву на пару шагов.
– Здравствуйте, Анна! Это я Андриана Карлсоновна. Мы с вами договаривались.
Девушка стояла к ней спиной, но тут же обернулась.
– Здравствуйте, проходите, пожалуйста. – Девушка держала в руках противень с выпечкой. Андриана догадалась, что он второй по счёту, так как на столе на большом блюде уже лежала горка румяных пирожков.
– Да, да, присаживайтесь, – поддержала дочь старшая Суздальцева. – Чай уже, надо думать, заварился. Сейчас разолью по чашкам. Вам покрепче или как? – спросила она Андриану.
– Покрепче, – ответила сыщица.
Вскоре все уже сидели за столом и пили чай с очень вкусными пирожками. Сыщица решила не бежать впереди паровоза и не стала задавать свои далеко не приятные вопросы во время чаепития. Она просто незаметно приглядывалась к обеим женщинам.
Они были довольно заметно похожи друг на друга, основное отличие было только в том, что одна была постарше, другая помоложе. А так глаза, волосы, губы, форма носа и даже слегка закруглённый овал лица были почти что одинаковыми.
Андриана отметила про себя, что мать девушки хорошо сохранилась и выглядит чуть ли не красавицей. И это она ещё не знала о том, что женщина была долгое время нездорова.
