Две пули мягко чавкнули в грудь пилота, и он сразу же упал лицом вниз, закрыв собой руль. «Пес» почти остановился, накренясь, какое-то мгновение еще скользил на заблокированных колесах вниз, а потом, оказавшись на ровной поверхности галечно-песчаного пляжа, встал — и сразу же под пирс ударил огромный пулемет Огоновского. Андрей полосовал обросшие водорослями быки, вздымал пенные фонтанчики воды и песка у самой кромки прибоя, потом, не видя противника, на всякий случай прошелся по баракам. Барабанный грохот, чьи-то крики, фигура в рванье, вываливающаяся из дверей, опустевшая лента, рывок рамки, следующая, затвор — его остановила сильная рука незнакомца с бородой.
— Хватит, — сказал он.
Андрей огляделся — Касси и Халеф лежали под машиной, осторожно всматриваясь в пляж перед бараками, откуда в любую минуту могли появиться остальные бандиты.
— Займись Ингром! — коротко, безапелляционно приказала Касси и, мигнув своему приятелю, бросилась бежать по пляжу.
Андрей вытащил пилота из-за руля, свалил его, как куль, в безопасной зоне за капотом автомобиля и хлопнул себя рукой по бедру.
Кибердока не было.
Не веря своим глазам, Андрей глядел на карман, разорванный пулей еще там, на окровавленном хуторе, и нелепо вспоминал, где же он мог потерять свою хитрую машинку.
Ингр захрипел, раскрыл глаза. Одного взгляда на него Огоновскому было достаточно, чтобы понять — без кибера все его хирургическое искусство совершенно бессильно. Если бы он имел хотя бы обычный полевой медкомплект! Одна пуля ударила в подвздошную область, вторая прошила правое легкое — можно было бы прямо здесь, «на коленке», вскрыть грудину, ввести особый состав, на время меняющий состав крови, и зашить сосуды и легочную ткань, чтобы хоть как-то локализовать внутреннее кровотечение — но ничего, кроме обычной пилотской аптечки, у Андрея не было. Машинально, почти не думая о том, что он делает, Огоновский вскрыл плоскую черную коробочку, два раза приложил к руке Ингра крохотный блестящий пистолет-инъектор и отстраненно, в сторону, произнес:
— Больно теперь не будет.
В горле у Ингра заклокотало. Он дернул головой, на миг закрыл глаза, потом сказал — ровно и спокойно, будто за обедом:
— Смешно умирать рано утром.
— Тебе не больно? — спросил Андрей, хотя ответ он знал заранее.
— Нет, мне не больно.
— Скоро начнутся галлюцинации. Тебе будет очень хорошо.
— Это вы здорово придумали… что там происходит?
Андрей высунулся из-за пыльной морды вездехода.
— Касси с этим… типом кого-то еще подстрелили, теперь лезут на корабль.
— Это корабль радарной разведки. Очень старый, но на нем есть самолет. Правда, далеко на нем не улетишь, но все-таки… слушай, Андрей, я все время хотел сказать тебе одну вещь…
— Какую?
— Я рад, что познакомился с тобой. Глупо, а? Потому что прав на самом деле Халеф. Все, что он говорил — это чистая правда. Вы действительно не такие, как мы, и мне хотелось бы посмотреть, как оно у вас там. А тебе не нужно бороться со своим дьяволом. В тебе его нет…
Из его рта потекла тонкая струйка крови.
— Знаешь, мне говорили, что когда человек умирает, ему холодно. А мне почему-то хорошо… солнце какое большое, правда?
— Правда…
— Слушай, а почему так пахнет сладким? Как будто варенье мама варит.
Тонкие смуглые пальцы Ингра вдруг впились в запястье Андрея, и уже проваливаясь в пропасть «ласковой смерти», в которую человек уходит, испытывая сильнейшее наркотическое наслаждение, он отчетливо произнес:
— Оставьте меня здесь.
— Дьявол живет в каждом, — тихо ответил ему Андрей.
Пальцы Ингра еще раз сжались, потом ладонь умирающего соскользнула на песок.
Андрей поднялся на ноги. Рядом с машиной, сжимая в руках закопченный автомат, сидел на корточках Халеф.
— Он умер? — спросил он.
— Несколько минут. Но он уже не услышит тебя. Сейчас ему хорошо, как никогда в жизни…
— Откуда ты знаешь, как ему было хорошо?
Андрей пожал плечами. На корабле что-то происходило. Из его железных недр раздавались какие-то глухие стуки, потом судно вздрогнуло, под кормой забурлила вода, и на палубу выбралась Касси.
Спрыгнув с пирса, она молча подошла к машине, опустилась перед Ингром на колени. Андрей отвернулся. Ему невыносимо хотелось закурить или хотя бы выпить чего-нибудь. В одном из мешков была арра. Он обошел корму «Пса», развязал брезентовые тесемки и вытащил довольно большую, около литра, бутылку.
— Мы отплываем, — услышал он голос Касси. — Берите его.
— Он просил оставить его здесь, — резко произнес Андрей. — Не трогай его!
По словам капитана Кайна — так назвался загадочный незнакомец с бородой — бандиты, пришедшие вчера вечером, захватили всю команду и ждали своих приятелей, которые собирались удрать на его судне в Хабуран. Сам он, конечно, не имел об этом ни малейшего понятия: уже неделю его экипаж жил на берегу в ожидании некоего таинственного приказа; очевидно, именно этот приказ и отдала ему Касси.
