– Вам запрещено покидать границы поместья! – рявкнула я так громко, чтобы услышал каждый из толпившихся в коридоре. – Это не моя прихоть! Это способ уберечь вас! Я защитила поместье. Здесь вам ничего не грозит. Это моя защита вырвала из тела девушки скверну. За воротами небезопасно. Поймите это, наконец!
Миреец вскинул на меня внимательный взгляд, но тут же перевел его обратно на окровавленную девушку. Он нежно баюкал ее, но при этом держал крепко, не позволяя навредить себе.
Народ за дверью испуганно шептался, а я придвинулась ближе к лицу одержимой. Где же целитель? Девчонка почти испустила дух.
Внезапно ее закатившиеся зрачки вернулись на место и заполнили собою радужку. Она впилась в меня взглядом и захрипела с бешеной злобой дикого зверя. Я отпрянула, нелепо рухнув на задницу. Силы вернулись в изломанное тело. Девушка вырвалась из хватки мирейца и бросилась ко мне, скаля окровавленные зубы. Вокруг меня вспыхнула стена огня, заставившая одержимую завопить и отпрянуть, баюкая обожженные руки. Голова полыхнула жаром, будто внутри черепа разожгли костер. От ужаса слишком много неконтролируемой магии выплеснулось из тела.
Огонь рассеялся по комнате и, уже неподвластный моей воле, весело заплясал по спинкам деревянных кроватей, перекинулся на полотенца и шторы, а затем… потух, будто его и не было. Тени, дымкой сгустившиеся в углах, поглотили языки пламени без следа. Я не сумела сохранить надменное выражение лица и выпучила глаза, все еще сидя на окровавленном полу. Перебежчик вместе с Беркутом удерживали трясущуюся Данию, но наглая улыбка, промелькнувшая на лице нового солдата, издевательски ответила на мой немой вопрос: «Всегда пожалуйста. Обращайтесь, как понадоблюсь».
Серое небо давило на плечи тяжестью грозовых туч. Месяц рюен принес с собой долгожданную прохладу в изнывающий от духоты город. За лето раскалились даже каменные стены, разделяющие части Вароссы.
Городские ворота гостеприимно распахнули для встречи воеводы и его старшего сына. Мое тело содрогалось от предательской дрожи. В тяжелом платье из черного бархата меня пробирал озноб. Не спасали даже перчатки, прячущие обожженные руки. Я обещала себе! Клялась, что не струшу и нахально взгляну в бесстыжие глаза старшего брата, но оказалась бессильна перед призраками прошлого.
Мы не виделись целых шесть лет, но в эти томительные минуты их будто и не существовало. Кто-то незримый отмотал прожитые годы назад, словно клубок шерстяных ниток. Я почти наяву видела презрительную гримасу Айдана и слышала пропитанные ядом слова: «Ты чудовище, байстрючка!» Я вновь сроднилась с этим словом, ощутила себя тварью, руки которой, не дрогнув, сожгли человека.
Я сцепила пальцы в замок в отчаянной попытке скрыть ужас от грядущей встречи. Беркут неодобрительно покосился в мою сторону, но промолчал. Слишком велика была толпа вокруг нас. Десяток солдат окружили меня плотным кольцом. Горожане собрались у ворот, образовав живой коридор для встречи воеводы. В последний раз он посещал Вароссу после истребления банды разбойников и исчезновения коменданта. Народ успел позабыть, как выглядит правитель. Я же, к сожалению, слишком хорошо его помнила.
Привратники замерли в ожидании, пока процессия из двенадцати всадников пересечет черту города. Среди множества солдат империи я разглядела Айдана и… Арлана. Их кони имели тот же вороной окрас, что и мой Тайфун. Чистокровные нашадские скакуны. Подарки отца, как и мой жеребец.
Почему приехали оба брата? Неужели решили справить двадцатилетие любимой сестренки всей семьей? Да и Арлану не положено праздновать. Всего четыре месяца назад он похоронил молодую жену, умершую в родах. Брат остался одиноким отцом с новорожденным сыном на руках. Впрочем, назвать его одиноким не поворачивался язык, учитывая целую гильдию нянек, пляшущую вокруг младенца.
Процессия всадников вошла в город. В ее центре упряжка из четырех гнедых лошадей тянула крытый черный экипаж, в котором предпочитал путешествовать отец. Надо же, ни одного флага! Воевода предпочел скрыть свою личность от праздных зевак.
Моя идеально прямая спина, казалось, закостенела от внутреннего холода. Амаль, ты – не испуганный ребенок! Ты – правительница Варосских земель! А они, между прочим, вполовину больше, чем у Айдана!
Правда, у него – почетное наместничество, а у меня – ссылка…
Толпа почтительно замолчала. Над узкой улицей, забитой народом, разнесся детский плач. Он звучал пугающе громко в настороженной тишине. Собственная голова вдруг показалась мне слишком тяжелой из-за множества шпилек, державших кудри в плену сложной прически. Украшение из бриллиантов и рубинов сдавливало лоб. Нестерпимо хотелось сорвать его с головы и распустить волосы, а еще сбросить опостылевшее платье с жестким воротником. Мне не хватало воздуха из-за плотного корсета.
В чьем-то хлеву протяжно замычала корова, отчего уголки моих губ непроизвольно дернулись вверх. Идеальный аккомпанемент для встречи воеводы.
