Я терпеливый и с пониманием отношусь к подобным методам обучения, но под конец тренировки желание огрызнуться становилось чрезвычайно настырным. Вся тушка ныла, хотя запыхаться я вроде как особенно не успел. Но наконец молодёжь начали потихоньку, группа за группой, отпускать. Двери, ведущие в прорубленный в скале коридор, были открыты.
Отпрысков рода Ис’саата отпустили одними из последних, и меня вместе с ними. Душа тут не предполагалось, но в наличии были свежие влажные махровые полотенца, которых вполне хватало, чтобы немного освежиться. Уползали уже сквозь активно прибывающих на следующее занятие змеев постарше. Вяло уползали. Парни тоже были уработаны и бросали при этом на меня злые, раздражённые взгляды.
Ну да, ну да, сами опростоволосились, разозлив шеса Ашера, получили нагрузку больше, чем обычно, но при этом виноват, конечно, я.
Очень хотелось расслабиться и растечься прямо на улице, у нагретой солнцем стены здания. Но парни потянули меня обратно к центру города, шипя и подгоняя. До главной улицы не дошли. Свернули в какой-то проулок и выбрались к просторной коробочке на углу, над входом которой красовалась вывеска с длинноклювой птичкой. А внутри оказался натуральный ресепшен. Скучающий за стойкой некрупный змей встрепенулся и, выслушав Тэши, отлучился в один из выходящих в помещение коридоров. Вернулся быстро, в сопровождении бодрого Хэшхе.
Я напрягся. Змей расплылся в зубастой улыбке, после чего велел мелюзге погулять часик и, подхватив меня под локоть, потянул в глубину здания. Неохотно потащился, между делом поглядывая по сторонам - устройство местного госпиталя было интересно. Увы, много не насмотрел - через белые занавеси меня заволокли в смотровую. С кушеткой! Такое… длинное, во всю стену возвышение, обтянутое поверху хорошо выделанной кожей. Раздели, уложили. Лекарь в любимой своей манере, ругаясь и приговаривая всякое, осмотрел мою тушку, помял тут и там, потыкал в свежие наливающиеся синяки пальцами. Не сдержавшись, зашипел на него, добавив пару подслушанных недавно явно матерных слов. Змей этим, на удивление, остался удовлетворён. Велел лежать ровно и начал обычную процедуру с применением той крайне приятной магии. И с ноющими мышцами она тоже справлялась великолепно, так что я едва не задремал.
Но на этом он не закончил. Змей извлёк из шкафа в углу… Натуральный землемерный циркуль. И здоровенный кронциркуль. И начал замерять. Сперва длину, до кончика хвоста, потом - объёмы тушки по всей длине. И бодро всё записывал. Я смотрел на происходящее круглыми глазами и наконец поинтересовался:
— Зачем?
Шеску ответил, но я мало что понял. Что-то про отражения и таблицы. У меня, наверное, на лице было написано, что я ничего не понял. Хэшхе закатил глаза, убрал инструменты и велел встать на выделенный в полу квадратный участок плитки другого оттенка. Плитка под брюхом просела, заставив меня дёрнуться. Полосатый снова заругался, велев впихиваться целиком и присматриваясь к… Шкала вмурованная в стену… Это что, весы?!
Судя по тому, как змей прицокнул языком, результаты его не впечатлили.
— Плохо? — уточнил я мрачно.
— Плохо… — передразнил меня лекарь и велел одеваться. После потащил в другой конец здания, где находилось уже что-то более похожее на кабинеты. У одного из них куковало несколько змеев с россыпями таких прямоугольных и квадратных нашлёпок на шкурах, сильно напоминающих пластыри. У одного в довесок была перебинтована обильно рука. Очередь на перевязку?
В месте, куда приволок меня Хэшхе, было довольно забавно. Такая помесь библиотеки, рабочего кабинета фармацевта и архива в процессе переезда. О последнем напоминали горы каких-то бумаг и свитков, где в ящиках, где - перевязанных верёвочками, где просто громоздящихся башнями от пола и до середины высоты помещения. Полосатый извлёк с полки затёртую тяжёлую книгу альбомного формата, перелистнул первые страницы и начал тыкать пальцем, объясняя. Пытаясь объяснить. К счастью, этот справочник изобиловал схематическими изображениями, и это помогло. Шеску выделяли среди своего вида несколько типичных телосложений, и для каждого были характерны свои пропорции и соотношение роста к весу. Мне показали таблицу, потыкали пальцем в записи моих замеров. Под мои пропорции не подходил ни один, но два наиболее близких жирно намекали, что у меня недобор веса либо в треть общей массы, либо в четверть. Ну и оставалась возможность, что я ещё значительно подрасту и в длину, и в ширину, так что делать замеры регулярно было важно. Потом Хэшхе перелистал ещё десяток страниц, показав схемы окраски чешуи. Это меня заинтересовало. Шеску, оказывается, уделяли внимание систематизации фенотипов… или правильнее будет называть это морфами? Сами они использовали слово от корня “отображать”, близкое к слову “зеркало”. И для них это было важно. Я поинтересовался своим, но змей только головой покачал. Показал с десяток тёмных вариантов, но во все я со своим хвостом не особо вписывался.
