— Возможно, но это значит, что теперь он доверяет окружающим еще меньше, чем раньше. Во всяком случае, мне об этом ничего не известно.
Дамблдор задумался, а Диана воспользовалась паузой и решила озвучить собственную версию:
— А возможно ли, что приезд Сангвини — их собственная инициатива? Что, если они тоже решили пошпионить, чтобы оценить расстановку сил?
— Зачем им это? — удивился Люпин. — Вне зависимости от исхода противостояния вампиры ничего не выиграют и ничего не проиграют. Они как жили совершенно изолированной от людей цивилизацией, так и будут жить. По большому счету они представляют для людей гораздо большую угрозу, чем люди для них. Так что им во всех смыслах плевать на нашу войну.
— А какова роль Уорпла во всем этом? — спросил Артур Уизли?
— Скорее всего Уорпл — марионетка, «мостик», по которому агент вампиров, не привлекая внимания, проник в наше сообщество, — предположил Снейп. — Сам он — полнейшая посредственность, во всяком случае, Лорд никогда не проявлял к нему ни малейшего интереса, а уж он всегда умел находить тех, кто может быть для него как-либо полезен.
— А что если попытаться надавить на нашего «юродивого»? — прохрипел Муди.
— Ни в коем случае, — Дамблдор взглянул на аврора-ветерана с явным неодобрением. — Это будет самой настоящей провокацией, и вампиры немедленно на нее ответят. Мы не можем себе позволить воевать на два фронта. Пожалуй, Сангвини я займусь сам. Северус, мы можем поговорить наедине после собрания?
Снейп кивнул, а Дамблдор продолжил:
— Переходим к финансовому вопросу. Мадемуазель Делакур, как ваши успехи?
Все сразу, будто по команде, повернулись в сторону Флер. Похожая на ожившую Барби Флер очаровательно улыбнулась и положила на стол небольшую папку, которую все это время держала на коленях.
— Вот мой улов, — промурлыкала она с заметным французским акцентом. — Не очень много, но вам будет понравиться.
Дамблдор щелчком пальцев приманил к себе папку, раскрыл ее и принялся изучать содержимое. Довольно улыбнулся, хмыкнул и произнес:
— Интересно, почему я даже не удивлен? Благодарю вас, мадемуазель, вы отлично справились!
…Когда все «орденцы» покинули собрание, в гостиной дома на Гриммо остались лишь Снейп и Дамблдор.
— Северус, как твой подопечный? — спросил директор.
Снейп поморщился:
— Ведет себя как идиот, чего, собственно, и следовало ожидать. Его уже даже Поттер подозревает во всех смертных грехах. Мне становится все сложнее присматривать за обоими.
— Постарайся изолировать их друг от друга, — Дамблдор в привычном жесте сложил ладони «домиком».
— А что я по-вашему делаю? — пробурчал Снейп. — Однако, даже не вылезая с отработок, Поттер все равно находит время шляться после отбоя с целью уличить Малфоя. Альбус, урезоньте мальчишку, если Малфой продолжит в том же духе, я не хочу чтобы он попал под раздачу.
— Уверен, что тебе удастся это предотвратить, — беспечно произнес директор.
— Я не всесилен, к сожалению, а Поттер столь ретиво исполняет роль шпиона, что даже пару раз забыл про квиддич. Причем я заметил, что его подозрительность резко возрастает после очередной беседы с вами. О чем вы с ним разговариваете, мне так и не будет позволено узнать?
— Всему свое время, Северус, всему свое время…
* * *
Вечер 14 февраля выдался суетливым. Влюбленные парочки рассредоточились по укромным уголкам коридоров и категорически игнорировали наставления учителей переместиться в свои гостиные и спальни. Авроры патрулировали коридоры, уделяя внимание особо темным и тем, куда ученикам соваться запрещено, а также снаружи, на территории школы. Диане достались оранжерея и поляна вокруг хижины Хагрида. Проверив все как следует, она вернулась в коридоры и опять приступила к разгону «сладких парочек», которых отнюдь не становилось меньше (видимо, те, кого удалось ранее отправить в спальни, воспользовавшись временным отсутствием контроля, возвращались обратно и принимались за старое).
